Сто причин поверить

Она оставляла мне свой номер телефона.

– Света. Фамилию не знаю. Номер до сих пор в моей телефонной книге записан. Я вам потом его перепишу, – пообещала женщина.

Но Грибов, переглянувшись с Настей, догадался, о какой Свете речь.

– Света приехала, вошла в дом и страшно закричала через какое-то время. Вызвала врачей, потом полицию. Тело Ларисы увезли. Света пришла ко мне и плакала все время, дожидаясь Григория.

– Нет, так и не приехал. Оказалось, он был в рейсе.

– Она оставила предсмертную записку?

– Не записку, целое письмо! Его потом отдали мужу – Грише то есть. Когда уже все разбирательства завершились, тогда и отдали.

– Когда ее не стало? – спросила Настя.

– Года два с половиной назад, может, чуть больше. Может, три года прошло. Точно не скажу. Гриша этот дом сразу выставил на продажу. Оказалось, что он был записан на него. Только не купил никто. Давно не продается. Кто же купит, если там самоубийца побывал…

Соседка Артюховых резко встала со скамейки и направилась к выходу с участка. Настя с Грибовым последовали за ней.

– Чего хоть натворил-то? – спросила она, уже выпроводив их на улицу.

– Ничего. Просто проверяем версию, – загадочно улыбнулась ей в ответ Настя. – Версию его непричастности.

Утро понедельника началось с благодатной прохлады. Еще окончательно не проснувшись, Настя поняла, что на улице нежарко и пасмурно. Значит, она вполне себе может пойти на службу в черных брюках и темной рубашке. Эти вещи единственные болтались на вешалке в ее шкафу отутюженными. Все остальное, выстиранное и высушенное, горбатилось огромной кучей на диване в гостиной.

Она выбралась из кровати и поплелась в ванную. Не успела почистить зубы, позвонила Саша.

– Вы нашли его? – потухшим голосом спросила подруга, забыв поздороваться.

– И вам здрас-сте, – пробубнила Настя с зубной щеткой за щекой.

– Прости, прости, прости, – забормотала Саша. – Я совершенно слетела с катушек. С работы отпросилась.

– Зачем? – Настя принялась полоскать рот.

– Считаешь, что после всего, что произошло, я могу стоять у операционного стола?!

Настя вытаращилась на себя в зеркале. Понадувала щеки, потаращила глаза. Выглядела так себе. Всю субботу моталась с Грибовым по пригороду. Вчера стирала, готовила что-то, опять ездила с ним к Баклашкину. Только он не впустил их. Домработница сказала, что он спит и говорить ни с кем не хочет.

Настя попыталась сострить, спросив, как же это он может спать и одновременно отдавать указания, что не желает никого видеть. Но не стала. Смотров велел не доставать мирных граждан.

– Глянь, кто там, – почему-то шепотом произнес Грибов, кивая на соседний дом.

А там – возле забора, передним бампером в кусты – стояла машина Мишина Игоря.

Они решили его дождаться.