Сто оттенков страсти

Страха не испытывала, скорее, сильную злость, которая и так во мне клокотала с того момента, как увидела супруга в объятьях другой женщины. — Полночи искала жертву для кровавой расправы, и вот она сама меня нашла, — голосом маньяка из американских фильмов произнесла я. — Жаль, что ты не крашеная блондинка, — наигранно тяжко вздохнула я, хотя и была в этом доля правды. Закрутив волосы, надела кепку. — Пойдем?

— Куда? — из голоса молодого мужчины пропала уверенность.

Засунув руки в карман, нащупала карточку. В ветровке они неглубокие, могла в любой момент потерять, а мне надо ее вернуть Алмазу. Вытащила ее, чтобы переложить в брюки, на миг она блеснула серебристым цветом в темноте и тут же исчезла в глубоком кармане.

— Сразу на кладбище, — пожала я плечами, будто это само собой разумеющееся.

— Сумасшедшая, — обозвал незнакомец и стал быстро уходить.

— Извини, — пошла я следом за ним, ведь, как оказалось, нам с ним по пути. — Вполне возможно, ты хороший парень, просто у меня настроение ужасное, один властный брюнет испортил мне сегодня настроение.

«А, вполне возможно, и жизнь!» — продолжила про себя. Парень извинений не принял, он просто побежал.

Дома все было тихо, словно я и не пропадала. Негромко работал телевизор в гостиной.

Я застыла на пороге и не решалась войти. Где-то глубоко внутри царапнула обида, ведь он даже не стал меня искать, сидит спокойно, смотрит какой-то фильм.

«А вдруг они там с Альбиной все еще кувыркаются?» — подумала я и устремилась в гостиную.

«Никита́, не кричи, а то Лизу напугаешь!» — сработал внутренний стопор.

Шуметь было не на кого. На диване, свернувшись калачиком, спала Саша. Обойдя все комнаты, убедилась, что, кроме нас и племяшки, в квартире никого не было. Накрыв тонким пледом Александру, решительно направилась в кабинет Алмазова искать договор.

Бросился в глаза дневник, лежавший на краю стола. Последнее время я всегда находила его здесь. Знала, что Рома его постоянно просматривает в поисках новых записей или рисунков. Я специально «забывала» его на видных местах, мне нравилось, что он интересуется моей жизнью.

Взяв его в руки, я открыла последнюю страницу и стала листать в обратном направлении.



«Время властно только над теми, кто не способен любить».

Это утверждение я написала к картине, на которой была изображена женщина в окружении своих детей.

«Твои объятия — наркотик,

Без них уснуть я не могу…»

Этот рисунок я изобразила еще до встречи с Ромой. На нем женщина, которая тянет мужа в спальню, отрывая его от просмотра футбола. Захлопнув дневник, захотела выбросить его, но передумала и открыла вновь на предпоследней странице.