Сто оттенков ночи

 — А зарекался не спать со студентками, — в такой же шутливой манере «осудил» он меня, помотав головой.

— Да ему кроме сна ничего и не светит, — усмехнулся сочувствующе Шеф.

— Держись, Ворон, — не унимался Алмаз. — У тебя в аптечке снотворного с собой случайно нет? Хотя, вряд ли это поможет!

— Спортзал и бассейн в твоем распоряжении, — смеясь, предложил Макс.

— Не поможет, — серьезно произнес Рома и поднялся из-за стола. — Я к жене. Ворон, не завидуй.

— Я тоже уже пойду, — встал я вслед за Алмазом.

— Не думаете же вы, что я останусь тут один?

В спальне уже не горел свет. На большой двуспальной кровати лежала Ева. Ее хрупкий силуэт едва можно было разглядеть под толстым одеялом.

Стараясь ее не разбудить, сходил в душ. Меня ждет адова ночь! Как и предрекал Алмаз — холодный душ не помог. Стоило вернуться в спальню и мой мозг начал плавиться. Подняв тихонько одеяло, лег рядом с Мелкой. Запретил себе тянуть к ней руки, но легче их было ампутировать!

Неожиданно ее горячая ладонь опустилась мне на грудь.

Выругавшись себе под нос, спросил ее:

— Ты что не спишь?

— Тебя ждала, — подвинулась она ко мне ближе. — Я замерзла.

— Мелкая, ты издеваешься?! — я понял, что она полностью обнажена. Забыл все свои обещания, рука тут же оказалась на ее талии и сползла к ягодицам, Убедился, что на ней нет трусов.

— Нет, я хочу тебя, — искренне заявила она. Я прикрыл глаза, пытался дышать ровно, но Еве показалось моих мучений мало, ее ладонь стала опускаться к животу.

— Не двигайся, — перехватил ее руку. — Ева, я не каменный.

— А мне кажется как раз наоборот, — потерлась она о член. Машинально я двинул бедрами ей навстречу.

— Мелкая, твой бок! — напоминал я себе, а не ей.

— Я могу быть сверху, Ворон. Мы аккуратно? М-м-м?

Я уступил! Да я проиграл по всем фронтам, как только понял, что она лежит голая в постели!

— Старайся хотя бы не усердствовать. Как только замечу, что тебе больно остановлюсь, — предупредил ее, перевернул аккуратно на спину и накрыл ее рот своими губами.

Мой мозг уже давно стек в трусы. Долгую прелюдию после месяца воздержания я бы не выдержал.

Лаская руками ее грудь, стал опускаться к ее промежности. Широко разведя ноги, поцеловал ее там. Упиваясь ее вкусом, ласкал клитор и растягивал вход во влагалище.

— Мелкая, как только поправишься… — не договорил угрозу до конца, но она и сама должна понимать, что я не дам ей ночами спать. Да и днем не выпущу из постели.

Пока ласкал ее промежность, оттрахал матрац! До безумия желал оказаться в ней. Так я не хотел ни одну женщину: когда мозг нахрен отключается, ты растворяешься в тех ощущениях и чувствах, что дарит тебе она! Ты словно выходишь на новый уровень. Каждое прикосновение острее и эмоциональнее, чем предыдущее.