Сто оттенков ночи

Оставь ее себе, — равнодушно бросил он, открыл глаза и улыбнулся мне. — Идем, — протянул Игнат ладонь, в которую я опустила свою. Стоит ему меня коснуться, по телу проходит приятная дрожь, которая концентрируется где-то в районе живота, стягивая нервные окончания в тугой узел.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Куртку я верну! — настойчиво произнесла.

— Это не самая дорогая вещь, что ты забрала вчера с собой, — посмотрел он на меня, прищурив немного взгляд. В этом жесте не было ничего романтичного, поэтому о том, что я похитила его сердце, не могло идти и речи.

— Я не лазила по карманам. — я всего лишь спала накрывшись вещью, которая хранила его запах.

— Ты совсем не любопытная?

— В меру. — я уже решила обыскать все карманы в куртке, как только до нее доберусь.

Мы вышли на улицу. Его машину я хорошо знала и чуть не двинулась в том направлении, где она стояла, но вовремя остановилась.

— Идем, — потянул он меня за собой, нажав на сигналку. Утонув в глубоком кожаном сидении, я быстро оглядела шикарный салон новой модели Мерседеса."

"Игнат сел на водительское место, завел автомобиль и отъехал от клуба. Я смотрела на его красивые длинные пальцы уверено державшие руль. На запястье блестели дорогущие брендовые часы. Конечно, все это приобретено не на зарплату врача. Слухи, что постоянно распространяют студенты о своем преподаватели, скорее всего, правда.

Воронов сосредоточено вел машину. Он, будто забыл, что я нахожусь в салоне. Мне хотелось заговорить, сказать, что-нибудь умное или остроумное, но так нервничала, что в голову ничего не приходило.

Остановив автомобиль в темном проулке, он развернулся ко мне. Это произошло так неожиданно, что я на миг растерялась.

— Иди сюда, — притянул меня к себе Игнат. Пальцы мужчины зарылись в моих волосах. — Если бы не твой друг, я бы сделал это вчера, — горячие губы обожгли своим прикосновением.

Он будто пробовал меня на вкус, а я несмело отвечала. Сердце выскакивало из груди, словно целовалась впервые в жизни. Оттянув нижнюю губу, он засосал ее к себе в рот. Языком провел по зубам, требуя пустить его внутрь. Поцелуй перестал быть нежным. Его руки ласкали мое тело. Дыхание у обоих сбилось…

Выругавшись себе под нос, он резко отпустил меня и откинулся на спинку сидения.

— Мелкая, ты хоть понимаешь, что я чуть не трахнул тебя в машине? Пока не приедем, не позволяй к себе прикасаться! — грубо, прямолинейно произносит он. Коршун завел мотор и тронулся с места. Его челюсть была плотно сжата, руки изо всех сил сжимали руль.