Сто оттенков ночи

Проникнув языком за край ровным аккуратных зубов, принялся бессовестно пользоваться доверчивым гостеприимством.

Ева в своей неопытности и открытости принялась елозить попой на бедрах. Инстинкт требовал сунуть ей по самые яйца, но отпустив себе мысленно затрещину, перевернул ее на спину, опустился сверху удерживая вес тела на логтях. Так мне легче контролировать своего зверя!

Облазав, искусав ее грудь, спустился к животу, прошелся языком по нежной коже, оставляя влажные следы. Мне нравилось, как Ева отвечает: сексуально стонет, красиво выгибает шею и спину, сжимает в тонких пальцах одеяло.

Разведя максимально широко в сторону стройные ноги, я опустил между ними лицо. Красивая киска, чистая под ноль, как я люблю… и девственная.

Тронув кончиком языка чувственную точку, я заметил, как по ее телу прошлась мелкая дрожь. Ощутив ее вкус у себя на языке, не сдержал стона. Я ласкал Еву, но и сам возбуждался так, что готов был проделать в матрасе дыру!

— Пожалуйста, — взмолилась она.

Мелкая не понимает, о чем просит. Она еще не готова меня принять. Проникнув одним пальцем во влагалище, аккуратно старался растянуть стенки. Она слишком узкая!

— Игнат! — прокричала Ева. — Я… Мне слишком хорошо!

«А мне не очень! Яйца сейчас расколются!»

Появилась мысль позволить ей дойти до финала, но я хотел, чтобы ее тугие стенки сжимали мой член, когда она будет кончать! Перестав ласкать ее языком, я очень аккуратно ввел второй палец. Сейчас она оказалась готова его принять. Не делая резких движений, имитировал половой акт.

Ева сначала напряглась, но почти тут же закрыла глаза и выгнулась над постелью. Большим пальцем, стимулируя клитор, поднялся над ней, опустился на колени. Напряженная головка члена уперлась в нежные складки.

— Ева, если будет очень больно, предупреди! — вытаскивая из нее пальцы, произнес я. Она открыла глаза и ответила:

— Хорошо!

— Я пойму, если ты промолчишь. — по ее упрямому взгляду догадался, что она решила терпеть и молчать.

Вытащив из прикроватной тумбы пачку презервативов, раскрыл один и уверенными движениями раскатал его на члене.

Только я знаю, чего мне стоило не проникнуть в нее сразу. Несильными толчками я несколько минут пытался растянуть вход. Все же головка члена в разы толще пальцев!

Опустившись на локти, я поцеловал ее вкусные губы. Мой приятель настойчиво требовал сделать Еву своей. Проникнув в нее одной головкой, дал несколько секунд привыкнуть к ощущениям, а затем, страстно целуя губы, резким толчком лишил мелкую девственности.

Как же в ней хорошо!

Ее пальцы впились в мои плечи, тело напряженно застыло. Чувствуя ее боль, замер.

— Сейчас боль пройдет, маленькая! — нежно целуя ее лицо, заставлял себя лежать спокойно.

— Мне почти не больно, — силилась Ева улыбнуться.