Стирая прошлое

— Он отправился на остров Стюарт, и слава Богу, иначе свел бы меня с ума.

— Мама! Он заслужил выход на пенсию, он очень много работал всю жизнь, — огрызнулась я.

— Я знаю, — огрызнулась в ответ мама. — Но он не знает, как жить на пенсии, и только раздражает меня, а теперь, когда он не работает, все, что он хочет, — это секс.

— Ла-ла-ла-ла! — громко пропела я, обрывая ее. — Мне не нужно об этом слышать, фу.

— Ты такая ханжа, Гвен, ты взрослая женщина и должна быть счастлива, что у нас с отцом здоровая сексуальная жизнь, — упрекнула мама.

— Как скажешь, мам. Мне не нужно знать подробностей. Понятно?

— Ладно, ладно, — уступила она, примерно на миллисекунду. — А как насчет тебя, милая? В новом городе есть мужчины? — в ее голосе звучала почти надежда.

— Неа, — солгала я. — Ни одного, в этом городе совсем нет мужчин. Ну, во всяком случае, никого моложе пятидесяти.

Эми, бесстыдно слушавшая наш разговор, прищурилась и направилась ко мне.

— Не слушай ее, Лейси! — крикнула она, пытаясь вырвать у меня телефон.

— Что говорит Эми? Гвиневра, ты лжешь своей матери? — резко спросила мама.

— Нет, мам, извини, я очень занята, мне пора бежать. Люблю тебя, — откликнулась я, все еще пытаясь отбиться от Эми.

— Не смей... — приказал сердитый, но веселый тон матери, прежде чем я отключилась.

Я уставилась на Эми, которая теперь как ни в чем ни бывало склонилась над моим столом, откусывая еще кусочек сэндвича.

— Что, черт возьми, это было, Абрамс? — взвизгнула я.

— Что? — Эми пожала плечами. — Ты должна рассказать маме о двух сексуальных поклонниках и о своей, без сомнения, дикой ночи. — Она ухмыльнулась.

— Это последнее, что я сделаю, маме не нужно знать о моей сексуальной жизни и, особенно, о Кейде. Это ее убьет, — драматично воскликнула я."

"— Сомневаюсь, — сухо ответила она. Затем, улыбнулась и пошевелила бровями. — А теперь расскажи мне все о дикой ночи страсти между тобой и сексуальным Кейдом, — она выглядела как взволнованный ребенок. — Я о-о-о-очень рада, что ты наконец-то потрахалась, самое время. Насколько горячо было? По шкале от одного до Ченнинга?

— Горячо, — ответила я. — Горячо, как потеря счета оргазмам, которые у меня были, — решила я открыться ей немного. Обычно я рассказывала ей все о своей сексуальной жизни, но по какой-то причине мне хотелось оставить вчерашнюю ночь при себе. Между Кейдом и мной.

— Срань господня, правда? Насколько большой у него член? Он действовал грубо и жестко или нежно и медленно? — спросила она.

— Больше я тебе ничего не скажу, — решительно заявила я, и ее лицо вытянулось. — Скажу только, что мои любимые трусики La Perla сорвали с меня и теперь превратились в клочья.

При этих словах она откинулась на спинку дивана, драматично обмахиваясь руками.

— Ну, хватит обо мне, — продолжила я.