Стилист

Наконец Соловьев сделал над собой усилие и оторвался от нее.

– Ты хорошо подумала? – спросил он едва слышным шепотом.

– Да, – выдохнула она, не открывая глаз.

– Еще можно отступить.

– Я не хочу. Я не хочу отступать. Я с ума схожу.

– Ну что ж…

Он не повел ее в спальню, он даже не стал раздевать ее. Но все, что он знал и умел, чему научился за двадцать шесть лет беспрерывных романов, он сейчас положил к ногам этой миниатюрной женщины с огромными карими глазами. Он даже не думал о том, что в любой момент может вернуться Андрей, только слушал ее прерывистое дыхание и наслаждался ее стонами и сдавленными вскриками. Ему казалось, что все кончилось очень быстро, но, когда он бросил взгляд на часы, оказалось, что они занимались любовью сорок минут. Марина сидела на полу, обессиленная, стараясь справиться со слабостью в ногах.

– Вот теперь я поеду, – сказала она хрипло и поднялась. – Я должна унести это в себе, пока мы с тобой ничего не испортили.

– Но ты вернешься? – спросил Соловьев совершенно спокойно, будто ничего не произошло.

– Да. Завтра. Вечером, после работы. Не провожай меня.

Она исчезла так быстро, что ему показалось, будто он видел все это во сне.

* * *Иногда Колю Селуянова посещало вдохновение. Случалось это не так уж часто, примерно два раза в месяц, но дни эти бывали черными для тех, кем он в тот момент занимался. Николай никогда не поклонялся логике – непременному оружию Насти Каменской, зато у него была хорошо развита интуиция, которая в такие вот исполненные сыщицкого вдохновения дни творила чудеса. Он начинал совершать поступки, которые были непонятны ему самому, но, к всеобщему изумлению, давали быстрый результат. К сожалению, на частоте прихода к нему милицейской музы сильно сказывался алкоголь, который Коля после развода с женой и разлуки с детьми стал употреблять с достойной лучшего применения регулярностью. Однако с месяц назад, после знакомства с Валентиной, количество употребляемого им спиртного резко сократилось и столь же резко возросла частота прихода вдохновения."

"Ему понадобилось всего два дня, чтобы очертить круг наиболее подозрительных фигурантов, живущих либо работающих в определенных им местах Кузьминок и Перова. Всего в этот круг попали двадцать три человека. Еще два дня ушло на то, чтобы совместными усилиями Селуянова, Короткова и Гены Свалова негласно дактилоскопировать всех подозрительных мужчин, проще говоря – под тем или иным совершенно невинным предлогом получить качественные, пригодные к идентификации отпечатки их пальцев.