Стилист

 – Если уж такие женщины, как вы, ходят незамужними, то, значит, нынешнее поколение мужиков состоит сплошь из идиотов.

– Андрей, вы не правы, – заметил Соловьев. – Дело не в том, что Марину замуж не берут, а в том, что среди мужчин нет того, кто ей понравился бы. Верно, Мариночка? Я уверен, что кавалеры к вам в очереди стоят.

– Увы, – она улыбнулась, но глаза ее при этом оставались серьезными, – не стоят.

– Не может быть, – не поверил Соловьев. – Должны стоять.

– Их, наверное, моя работа отпугивает. Женщина-компьютерщица – это как-то… Не знаю. – Она снова улыбнулась, на этот раз смущенно. – Они думают, что я сама как компьютер. Холодная и расчетливая.

– Так переубедите их, это нетрудно. Расплачьтесь, закатите истерику, начните капризничать.

– Некому, Владимир Александрович, истерики закатывать.

– Неужели так серьезно? – Он сочувственно покачал головой. – Или все дело в том, что вы сами замуж не хотите, только не признаетесь?

На этот раз Марина рассмеялась звонко и от души.

– Вы меня насквозь видите. Вас не обманешь.

– А почему, Мариночка? Хотите свободной любви и частой смены впечатлений? Или боитесь тягот быта и хозяйства?

– Ни то, ни другое. Тут вы не угадали.

– Так в чем же дело?

– Ни в чем. Просто один раз обожглась, больше не хочется.

– Вы побывали замужем, и неудачно? – догадался Соловьев.

– Нет. Я ухитрилась влюбиться в человека, который неправильно меня понял. Он был старше меня и решил, что мне нужны его деньги и связи. Я так и не смогла его переубедить. Моя беда в том, что мне не нравятся молодые мужчины моего возраста. А те, кто нравится, уже обычно к этому возрасту имеют деньги и положение и начинают подозревать меня в корысти. Их можно понять: у меня же ни кола ни двора. Да что мы все обо мне говорим, Владимир Александрович! Это неинтересно.

Только тут Соловьев заметил, что Андрей как бы выпал из беседы, и ему стало неловко. Парень, похоже, влюблен в Марину, а он, Соловьев, тянет одеяло на себя, перехватывая инициативу.

– Вам еще долго возиться с моей машиной? – спросил он, круто меняя тему разговора.

– Нет, совсем чуть-чуть осталось. Сегодня закончу. Правда, мне придется, наверное, заглянуть к вам через пару дней, проверить, все ли в порядке. Этот новый вирус действительно очень коварный. Мне уже несколько раз казалось, что я его вытащила полностью, а через десять минут опять что-то появляется. Но я его, кажется, перехитрила.

После обеда Марина снова скрылась в кабинете, а Соловьев устроился в гостиной с книгой. Через некоторое время из кухни вышел Андрей.

– Владимир Александрович, это жестоко, – сказал он решительно. – Зачем вы так с ней обращаетесь?

Соловьев оторвался от книги и изумленно взглянул на помощника.

– Вы о чем? С кем я обращаюсь?

– Я о Марине.