Стилист

Вовчик это понимал и относился сочувственно, как к тяжелой болезни, над которой неприлично подшучивать. Он сам очень любил покушать всласть и искренне жалел девушку, которая вынуждена лишать себя радостей жизни.

– Отвернись, – сказал он через некоторое время, – я носить начинаю.

– Ты – человек, – с благодарностью откликнулась Оксана, пересаживаясь на стул, стоящий у окна, и поворачиваясь спиной к роскошному двухкамерному холодильнику, из которого Вовчик будет доставать такую вкусную, но не разрешенную ей еду.

В кухне, как и во всем доме, было жарко, и после горячего чая Оксане захотелось прохлады. Она открыла щеколду на оконной раме и распахнула обе створки. Встав на стуле на колени, она оперлась руками о подоконник и высунула голову на улицу. Мелкие капли моросящего дождя приятно освежали горячие щеки. Кирилл с гостями был на веранде, видно, с отоплением они со вчерашнего вечера перестарались, и теперь все искали, где попрохладнее. Но ведь вчера было хоть и солнечно, а температура ночью до минус пяти падала, и ветер был северный. Кто ж знал, что всего за несколько часов погода переменится, ночью будет плюс четыре, а днем – вообще почти пятнадцать градусов?

Голоса доносились до нее отчетливо, словно она вместе со всеми сидела на веранде.

– До этого пока еще никто не додумался, – слышала Оксана голос Кирилла Есипова. – Все хотят сорвать прибыль побольше, поэтому жалеют деньги на изучение читательского спроса. Гриша, ты сейчас опять начнешь упираться, я знаю. Пойми же наконец, что нужно уметь сознательно пойти на затраты, чтобы через какое-то время увеличить прибыль.

– И сколько, по твоим прикидкам, это будет стоить? – донесся со стороны веранды недовольный голос Григория Автаева, коммерческого директора «Шерхана».

– Давай посчитаем. Работу надо провести в Москве и в крупных городах, где есть наши дилеры и где есть крупные вузы. Студенты и старшие школьники с удовольствием займутся этим анкетированием, все хотят подработать. Если платить по тысяче рублей за заполненную анкету, это будет для них хорошим стимулом. Встанут рядом с книжным лотком и будут опрашивать покупателей. Я думаю, человек по пятьдесят они за один день опросят. Если нужно, два-три дня поработают.

– И сколько анкет ты хочешь получить? – снова раздался голос Автаева.

– Я думаю, тысяч пять будет достаточно, чтобы составить представление, во-первых, об общей картине спроса на литературу и, во-вторых, о наших читателях, о тех, кто покупает наши книги.

– Пять миллионов! – ахнул Автаев. – Это же тысяча долларов. Тысячу долларов выбросить на какое-то никому не нужное анкетирование! Ни за что.

– Что ты, Гриша, – усмехнулся Есипов, – это будет гораздо больше. Во-первых, анкету нужно разработать и составить грамотно.