Стилист

Но в ней есть одна большая дыра, прореха, так сказать. Почему ты думаешь, что Газель застрелили на почве НАШИХ разборок? А может быть, это все-таки были ВАШИ разборки, а?

– У нас не может быть никаких разборок. Вы что, не понимаете?

– Нет, – засмеялся гость. – Вот теперь ты совершенно не убедителен. Значит, так, золотой мой. Вариантов у нас только два. Первый: ты платишь семье Газели столько, сколько я скажу, и мы вопрос закрываем. Второй: ты даешь мне деньги, но не окончательно, а как бы в виде гарантии, и потом доказываешь мне, что Газель убили наши люди из-за наших разборок. Докажешь – деньги верну все до копейки. Не докажешь, будет считаться, что она погибла из-за твоих дел, и деньги уйдут на помощь ее семье.

– Интересно у тебя получается. – Есипов внезапно тоже перешел на «ты». – Значит, если ее убили ваши деятели, то семье помогать не нужно? А если мои – так родители-алкоголики и их детки вдруг стали несчастными и беспомощными? Не пойдет.

– Пойдет. Очень даже пойдет. Если Газель уложил кто-то из братвы, мы деньги на семью с него возьмем. Сначала обдерем его до мяса, шкуру снимем, а потом решим, что с ним делать. Или легавым сдадим, или сами разберемся. Но тогда уж помощь семье Газели будет нашим делом, внутренним. Со своих сук мы сами спросим. А за твоих – тебе придется заплатить. Ну как, теперь понятно получилось? Или еще что-то объяснить надо?

– Надо. Давай уж дойдем в наших отношениях до логического конца. Я не люблю, когда меня запугивают, поэтому предпочитаю спросить первым: что вы хотите мне предложить, если я не выполню ваших условий и не дам денег?

– Правильная постановка вопроса, – одобрительно усмехнулся посетитель. – Наезжать на тебя мы не будем. У тебя вон мент при погонах на дверях сидит, как пес цепной. Он хоть и на пенсии, но друзей-то у него полно в милиции осталось. Да и у тебя наверняка «крыша» есть или в округе, или на Петровке, так что в обиду не дадут. Стало быть, наезжать на твою контору, как я уже сказал, мы не станем. А девка у тебя хороша, я невесту твою имею в виду, Оксаночку. Ежели в тебе жалости нет к семье несчастной Газели, ежели не хочешь ты понять, что такое потерять близкого человека, то мы тебе это быстро объясним. Очень доходчиво получится. И наглядно. Ну как?

– Теперь понятно. – Голос Есипова был по-прежнему ровным и спокойным, и Оксана не могла не восхититься им, хотя сама похолодела от ужаса, услышав последние слова. – Не дать денег я не могу в любом случае. Вопрос только в том, вернутся они ко мне или нет. Для того чтобы вернуть их, мне надо быстро найти убийцу Газели и доказать, что он не имеет ко мне ни малейшего отношения. Так?

– Точно. Приятно с тобой дело иметь, Кирюша, спокойный ты, в истерике не бьешься, милицию вызывать не бросаешься. Давай мы с тобой лучше дружить будем.