Стилист

Ты же мне не оставила своего служебного телефона.

Объяснение показалось Насте надуманным. А голос у Соловьева напряженный, тревожный. Видно, что-то все-таки у него случилось.

– Что-то произошло?

– Да.

– Ты не можешь говорить?

– Да.

– Что, помощничек бдит? – насмешливо сказала Настя. – Не позволяет тебе разговаривать с женщинами бесконтрольно? Или его неприязнь к дамам сконцентрирована только на мне одной?

– Не надо так. Ты не права.

– Хорошо, я могу перезвонить тебе в более удобное время. Или ты настаиваешь на том, чтобы я приехала?

– Это было бы лучше всего.

– Но мне это сложно, Володя. Я работаю допоздна. Если это так необходимо, я могу приехать только в субботу, во второй половине дня. Тебя это устроит?

– Нет. Это слишком долго.

– Послушай, не надо диктовать мне условия жизни, договорились? Скажи, когда тебе удобно будет разговаривать, я перезвоню. А тратить полдня на поездку к тебе только лишь потому, что у тебя такой специфический помощник, я не могу. Когда мне позвонить? Через час? Через два?

Соловьев молчал. Настя сообразила, что поставила его своим вопросом в сложное положение. Если Андрей и в самом деле находится рядом и внимательно слушает, а Владимир по какой-то причине не хочет перед ним открываться, то что он может сейчас ей ответить? «Перезвони мне через час?» Это все равно, что сказать помощнику: «Я надеюсь, что через час ты не будешь стоять у меня над душой и дашь поговорить о том, что тебе слышать не полагается». После этого можно быть уверенным в том, что Андрей спать не ляжет, а будет находиться в полной готовности подслушивать.

– Позвони мне сам, – предложила она. – Минут через сорок, но не позже, а то я усну. Сможешь?

– Да. Спасибо. До завтра.

Настя положила трубку. «До завтра»! Ничего себе. Неужели с помощником что-то не так? Это уже становится даже интересным.

А вдруг Соловьев заметил в поведении своего помощника какие-то странности, которые позволят привязать наконец угнанную голубую «Волгу» к обитателям «Мечты»?

* * *Наконец ему удалось задремать. Весь вечер его тревожили две вещи: архив и Марина. Но Марина объявилась, правда, не приехала, но позвонила и извинилась. Оказалось, у нее сел аккумулятор на довольно пустынном отрезке шоссе на обратном пути из Истры, куда она ездила по вызову владельца компьютера. Понятно, что позвонить ей было неоткуда, а доброжелательный водитель, остановившийся, чтобы ей помочь, подвернулся далеко не сразу. После разговора с Анастасией Соловьеву стало спокойнее, она обещала проконсультироваться со знакомыми в милиции и в субботу приехать.

Его разбудил звук шагов. Опять Андрей полуночничает, не спит, бродит по дому. Соловьев прислушался. Нет, это шаги не Андрея. Нет… Снова ему что-то мерещится. Нервы никуда не годятся, собственной тени боится.