Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Могу ли я представить вам мою жену Клэр?

— О, весьма рада знакомству!

Молодая особа, раскрасневшаяся от воодушевления, пожала мне руку.

— Меня зовут Марселина Уильямс. Возможно, вы знаете моего брата Иуду? Он владелец «Двенадцати деревьев», большой кофейной плантации. Я приезжаю к нему в сезон хорошей погоды и чудесно, просто чудесно провожу время.

— Боюсь, дорогая мисс Уильямс, — извиняющимся тоном произнесла я, — мы с мужем пока никого здесь не знаем. Не успели: только что прибыли с Мартиники, где мой муж держит торговлю сахаром.

— О! — воскликнула мисс Уильяме, округлив глаза. — Надеюсь, вы позволите мне познакомить вас с моими близкими друзьями Стефенсами? Кажется, они однажды бывали на Мартинике. Джорджина Стефенс просто очаровательна. Уверяю вас, она вам сразу понравится.

Стефенсами дело не ограничилось. В течение часа я оказалась представленной не меньше чем дюжине людей. Меня передавали с рук на руки и водили от одной группы гостей к другой, продолжая процесс знакомства с местным обществом, запущенный мисс Уильяме.

По другую сторону помещения мне был виден Джейми, являвший собой образец аристократического достоинства. Его голова и плечи возвышались над группой собеседников, радовавшихся возможности свести полезное знакомство с процветающим предпринимателем, сулившее расширение торговли сахаром за счет поставок во Францию.

Поймав мой мимолетный взгляд, он ответил лучезарной улыбкой и истинно французским поклоном. Я продолжала недоумевать по поводу того, что, собственно говоря, ему было нужно на самом деле. Ладно, сам все объяснит, когда будет готов.

Фергюс с Марсали, как обычно не нуждавшиеся ни в какой компании, кроме общества друг друга, кружились в конце зала в танце. На ее обращенном к Фергюсу разрумянившемся личике играла улыбка. По случаю приема Фергюс отцепил свой надежный крюк, заменив его пришпиленной к рукаву черной кожаной перчаткой, набитой отрубями. Она-то и покоилась на спине у Марсали, немного неуклюжая, но не производившая впечатления неестественной настолько чтобы это могло привлечь внимание.

Я протанцевала мимо них, степенно кружась в паре с приземистым, толстеньким плантатором-англичанином по фамилии Карстерс, который считал своим долгом беспрерывно отпускать шуточки, хотя его находившееся на уровне моей груди лицо раскраснелось и покрылось потом.

Что же до мистера Уиллоби, то он наслаждался небывалым триумфом — собрал вокруг себя целый цветник дам, наперебой угощавших его самыми изысканными лакомствами. Неудивительно, что глаза китайца сияли, а круглые щеки рдели от удовольствия.