Путешественница. Книга 2. В плену стихий

Часовой уже повернулся ко мне обтянутой красным мундиром спиной.

«Еще фут, — мысленно внушала я ему. — Ну же, еще фут!»

— Какой прекрасный день, миссис Малкольм!

От неожиданности я прикусила язык.

— Дивный день, капитан, — удалось мне пробормотать в ответ.

Когда он заговорил, мне показалось, что мое сердце остановилось. Теперь оно забилось снова, но гораздо быстрее.

Капитан встал рядом со мной, глядя через бортовое ограждение, его молодое лицо сияло, словно он был Колумбом, открывшим Новый Свет. Невзирая на сильное желание увидеть, как он летит вверх тормашками за борт, я невольно улыбнулась и сама.

— То, что мы подошли к берегу, в той же мере ваша победа, что и моя, миссис Малкольм, — отметил он. — Сомневаюсь, чтобы без вас «Дельфину» вообще удалось бы добраться до суши.

Он несмело коснулся моей руки, и я снова вымученно улыбнулась.

— Я была уверена, что вы справитесь с этим, капитан. Вы производите впечатление весьма компетентного моряка.

Он рассмеялся, и от этого его гладкие, выбритые в честь подхода к земле, щеки порозовели еще пуще.

— В первую очередь это заслуга матросов, не щадивших себя. А вот тем, что они смогли предпринять такие усилия, мы обязаны вашему врачебному умению.

Его карие глаза светились воодушевлением.

— Действительно, миссис Малкольм, у меня нет слов, чтобы выразить, как много значат для нас ваши искусство и доброта. Я, разумеется, не премину рассказать об этом губернатору и сэру Гренвиллю — это королевский комиссар на Антигуа. Разумеется, я напишу рапорт, в котором будут засвидетельствованы ваши исключительные заслуги. Возможно… возможно, это поможет.

— Поможет чему, капитан?

Мое сердце бешено забилось.

Капитан Леонард прикусил губу, затем поднял взгляд.

— У меня не было намерения что-либо говорить вам, мэм. Но я… На самом деле молчать в данной ситуации кажется мне бесчестным. Я знаю ваше имя и знаю, кто ваш муж.

— Вот как? — отозвалась я, стараясь сохранить контроль над эмоциями. — И кто же он?

Молодой человек выглядел несколько удивленным этим вопросом.

— Но, мэм, он преступник, вот кто. Или вы хотите сказать, что не знали этого?

— Что вы, конечно знала, — сухо ответила я. — Но я не знаю, чего ради вы мне это говорите?

Он облизал губы и встретил мой взгляд довольно смело.

— Когда мне удалось установить, кто таков ваш муж, я внес соответствующую запись в судовой журнал. Теперь я сожалею об этом, однако уже слишком поздно, информация зафиксирована официально. По прибытии на Ямайку я должен буду сообщить его имя и местопребывание местным властям, равно как и флотскому командованию на Антигуа. Как только «Артемида» пришвартуется, его арестуют. А как только его арестуют…

— Он будет повешен, — закончила я за него.

Капитан молча кивнул.