Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

Я не хотела, чтобы кто-то пострадал, но это Турнир Четырёх Стихий, магистры думают о безопасности адептов в последнюю очередь. Бывали и летальные исходы, такова цена обучения у полубогов.

— Возмутительно! — взмахнул руками ректор ливрейской академии. — Я требую их дисквалификации.

— За что, прошу вас уточнить? — включился в разговор Дэизе. — Это вы должны извиниться, что не учли правилами такую возможность.

Ливреец смешался, не зная, стоит ли спорить с полубогом.

— Ваши адепты выступили впечатляюще, — ректор Аркон развернулся к Кану. — А я боялся, что этот турнир пройдёт так же скучно, как все остальные.

— Не с Реном, — коротко улыбнулся Кан. — Что ж, думаю, стоит отправить участников к лекарям. Но как же отбор?

— Кто последним упал, того и отберём, — фыркнул азимиец и замахал руками, указывая нам на выход. — Идите-идите, вопроса о дисквалификации не стоит. Но нам надо пересмотреть часть правил по поводу фантомов.

— Запретить, надо запретить, — зарычал ливреец, но мы больше не слушали.

Полубог подтолкнул меня в плечо, намекая на то, что нам пора. А мы были только рады скорее сбежать от преподавателей.

— Интересно, мы упали последними? — задумчиво проговорила я, глядя на безоблачное небо над головой.

Плечо болело всё сильнее, на глаза наворачивались слёзы. Я скрипела зубами, стараясь не выдавать своего состояния. Все смотрят. Рен бы не стал реветь из-за вывиха, поплачу потом.

— Тебе плохо, да? — обеспокоенно спросил Сай.

— Нормально, вправят, — вымученно улыбнулась я. — Мы отлично сработались.

— Да, это было… впечатляющее сотрудничество, — он улыбнулся в ответ.

И этой улыбке стоило размещаться на первых страницах журналов, а не пылиться на жутком турнире. Похоже, зря Рен разбил ему нос. Хороший же парень. И тут меня с ног до головы окунуло в ледяное осознание. Там, во время падения… Сай назвал меня по имени…

Мысли путались. Я была слишком измождена, чтобы нормально соображать. Пыталась думать, как Сай мог узнать моё имя, ведь нигде не прокололась, но разум будто затягивало пеленой тумана. Ещё и резерв снова на нуле…

— Эх… — горестно вздохнула я, подставляя лицо тёплым и мягким струям воды.

Хотела ведь Рена вытащить, а в итоге всё настолько усложнилось…

Нас подлатали в местном лазарете, мне вправили плечевой сустав, замазали синяки и ссадины мазью. Обрадовало, что пострадавших немного. Под платформой была натянута сеть: по словам ректора Аркона, никто бы не разбился. Всё же о безопасности подумали заранее, это успокаивало. Только вот… где-то на подкорке зудело неконтролируемое беспокойство.

Место под браслетом на руке неприятно покалывало. Отец давно не выходил со мной на связь. Удалось ли ему отыскать Рена?

Стоило о нём подумать, как затылок прострелило резкой болью навылет.