Стихия боли

— Ваши, вижу, сегодня тоже летают, — генерал-полковник кивнул в окно, из которого было видно, как на взлетную полосу выруливает пара остроносых «Су-27», выкрашенных в цвета триколора.

— «Витязи» — лицо страны, вот и приходится постоянно поддерживать профессиональную форму, — витиевато ответил полковник.

— А Шостак где? — командующий положил на стол пластиковый кейс и сел в глубокое офисное кресло.

— Как всякий командир, впереди на лихом коне, — начальник базы взглянул на настольные часы. — Через двадцать минут должен уже сесть.

— Распорядись, чтобы после приземления зашел. Есть серьезный разговор, — приказал командующий.

— Сделаем, товарищ генерал, — полковник поднялся из-за стола, понимая, если командующий лично приехал, а не вызвал командира пилотажной группы к себе, значит, разговор будет серьезным, а может, даже секретным.

Уже в дверях его окликнул командующий:

— Ты смотри — сам куда-нибудь не завейся. Разговор касается нас всех. Понял?

— Так точно.

Он вернулся через сорок минут, следом шел командир пилотажной группы полковник Кирилл Шостак. Выше среднего роста, широкоплечий, с узким треугольным подбородком, в центре которого находилось углубление ямочки. На Кирилле был летный камуфляж, из-под куртки выглядывали бело-голубые полосы десантной тельняшки. Коротко стриженную голову прикрывала авиационная пилотка.

— Товарищ генерал-полковник… — Шостак остановился посреди кабинета и вскинул ладонь к виску.

— Давай без китайских церемоний, — слегка поморщившись, командующий легко поднялся из кресла и крепко пожал летчику руку. — Как идет подготовка к таиландскому авиашоу?

— Полным ходом, — улыбнулся командир пилотажной группы. — Нельзя ударить в грязь лицом — как-никак «Королевский смотр».

— Вот именно, — в ответ улыбнулся генерал. — На этот смотр сейчас много поставлено, в том числе и престиж государства. — Сделав короткую паузу, командующий обвел обоих полковников внимательным взглядом, те в ожидании разговора посерьезнели. — Появилась новая вводная по вашему выступлению.

— То есть? — нахмурился Шостак, он был человеком конкретным и не любил неожиданных сюрпризов.

— Штат твоей группы приказано расширить.

— Насколько?

— На двух человек, вернее двух женщин, — генерал отвел взгляд в сторону, на картину с взлетающим истребителем.

— Что? — в два голоса чуть не взревели начальник авиабазы и командир «Витязей».

— Приказано зачислить в пилотажную группу двух женщин-пилотов и подготовить по полной программе. Для выступления в команде и с индивидуальной программой, — в голосе командующего зазвенел начальственный металл. — Это не моя прихоть, а распоряжение с самого верха. Для нас, военных, все равно что приказ. Нужно выполнять.