Стигмалион

Люблю тебя, Ло!»

«Пообещай, что это не конец истории и ты продолжишь вести свой дневник».

«Jeg elsker deg så mye[27]. W».

* * *Я наспех паркую машину у ресторана. Мы договорились поужинать вчетвером: я, Вильям, Сейдж и Бекки – и я, как всегда, опаздываю. Еле-еле успела разделаться с делами в госпитале, принять душ и надеть что-то «более», как говорит Бекс. Вхожу в ресторан и тут же вижу у дальнего окна Сейджа, лениво листающего меню. Ура, на этот раз не я последняя!

– Как твои дела? – Я тискаю брата, плюхаюсь рядом с ним и стягиваю перчатки.

– Лучше просто некуда, – отвечает Сейдж, откидываясь на спинку стула. – А у вас как?

– Парим в облаках, Сейдж. Разучились ходить, – пою я. – За что надо сказать спасибо не только нашим родителям, но и моему изобретательному брату и его девушке!

Сейдж смотрит на меня с теплой улыбкой. Потом опускает глаза.

– На какой стадии приготовления к свадьбе? – интересуюсь я. – Вчера Бекки показала эскиз платья! Господи, какая красота! Она будет так прекрасна, что ты ослепнешь, мой маленький смертный человечек, которому повезло влюбить в себя богиню, – веселюсь я.

Меня распирает от эмоций, счастье бурлит внутри, и я говорю, говорю, говорю, пока Сейдж не обрывает на полуслове:

– Свадьбы не будет, Лори.

Окружающие нас звуки вдруг исчезают. Мы с братом сидим посреди леденящей кровь тишины. Люди вокруг продолжают говорить и стучать вилками, но я ничего не слышу. Вообще.

– Что произошло? – одними губами произношу я, боясь нарушать эту тишину, как ядовитую паутину.

– Всего лишь еще одна… шалость судьбы, – поясняет Сейдж надломленным голосом и отводит взгляд. Он так бледен, что жутко смотреть.

– Не тяни! Что ты натворил?! Или она?

– Не она. Она не знает. Но я скажу ей сегодня после ужина.

– Значит, ты! Что ты наделал? Изменил ей?

Вымученная улыбка трогает его губы и тут же угасает. Мои предположения явно кажутся ему полной чушью.

– Р-разлюбил? – шепчу я. – Встретил другую?

Сейдж качает головой, вздыхает и стягивает с шеи шерстяной шарф, который я до настоящей минуты считала просто элементом его нового стиля.

Его шея усыпана бордовыми пятнами, в форме которых я безошибочно узнаю отпечатки кончиков пальцев и оттиски губ. Но это не засосы.

Это ожоги.

– Я не понимаю, – говорю я, нервно сглатывая. Я не понимаю ровным счетом ничего.

– Эта… гребаная аллергия – она есть и у меня тоже. Просто начала проявляться только сейчас. Я не подозревал. Ну а теперь все и так ясно. Последние пару месяцев начал замечать раздражение на коже после секса с Бекс…

– Нет! Нет… – Я пересаживаюсь на другой стул, поближе к нему, и обнимаю одной рукой.

– А потом начало жечь во рту после поцелуев… И еще кое-какие подробности, которые я оставлю при себе.