Стигмалион

Друзья Вильяма, мои друзья, какая-то незнакомая молодежь и даже журналисты телеканалов с фотографами.

Айви привела целую ораву девушек-фотомоделей, одетых в окровавленные майки с надписями «Мне бы парня, как он» и «Хочу быть отомщенной». На их лицах были весьма правдоподобно нарисованы синяки и кровоподтеки.

– Надеюсь, ты не против, подруга, – сказала мне Айви, отхлебывая кофе из большого стакана. – СМИ любят всякие такие штучки.

– Если все эти разукрашенные феи помогут вытащить его, то я только за.

– Помогут, вот увидишь. Правда должна кричать и вопить, тихую никто не услышит, – добавила она, удовлетворенно оглядывая толпу своих девиц.

– Надо было сделать все это перед судом, – вздохнула я, натягивая капюшон на голову.

– Если честно, приговор был очень неожиданным. Я до последнего надеялась, что мы все уйдем оттуда и устроим большую вечеринку.

Я смотрела, как Айви поправляет макияж на лицах девушек и перебрасывается с ними шутками, потом увлекла ее в сторону и, понизив голос, спросила о том, что не давало мне покоя со дня суда:

– Айви, ты была беременна? Я не знала…

– Никто не знал, кроме нас двоих, но в ту минуту я решила, что об этом стоит сказать.

– Мне очень жаль, что так вышло, – сказала я совершенно искренне.

Айви всмотрелась в мое лицо, потом положила руки мне на плечи и ответила:"

"– Подруга, только не ищи в этом какой-то особенный смысл, его там нет. Это была случайность. Презерватив подвел. И повреждение было таким крохотным, что никто из нас этого даже не заметил. У меня нет другого объяснения, как это могло произойти. Потерю, конечно, тяжело было пережить, но сейчас я знаю, что было бы ошибкой рожать ребенка. Не то время, не то место, не те родители… Я считаю, что если уж беременеть, то осознанно, в браке, в стабильности, высчитывая циклы в объятиях любимого и вместе мечтая об этом. А не в первых студенческих отношениях, на пьяных вечеринках, посреди хаоса съемной квартиры.

– Может, ты и права, но я считаю, что если двое решают сохранить беременность, тогда у них все… серьезно.

– А у нас и было серьезно. Было. Но теперь прошло, – пожала плечами Айви. – Многие вещи просто проходят, Лори. Причем закончиться могут в любой момент. Любовь, дружба, отношения, семья – все, что угодно, может р-раз – и оборваться. Жизнь ничего не дарит, только одалживает на время. Слыхала такую поговорку? Так что сделай выводы и не теряй даром времени.

– Вот вы где! Привет! – подскочила к нам какая-то брюнетка, в которой мы с Айви едва узнали Бекки. Теперь ее волосы были иссиня-черными, с голубоватым отливом, как крылья воронов. Вместе с ее ярко-голубыми глазами смотрелось просто отпадно. Пожалуй, даже круче «розового бунта» и «Матери драконов».