Все ведьмы – стервы, или Демона мы (не) вызывали

Демону вполне резонно казалось, что лесовик вряд ли решит реагировать на столь незначительный урон и являться к нему лично. Ждал, что тот пошлет своих монстриков, и уж тогда демон развернется и отведет душу мордобоем."

"— Ага, пустяку, — дернул плечом старичок и хмыкнул. — А то я вас, демонов, не знаю! — Повернулся к урунгузу: — Думаешь, зачем этот рогатый сюда заявился? Ради вот этого вот деревца? Ага, держи карман шире! Подраться ему приспичило! Думал, я к нему сейчас кого-нибудь пошлю разбираться. А кукиш! — и свернул свои тонкие пальцы, больше похожие на ветки, во вполне понятную фигуру и ткнул ее демону. — Я вас таких знаешь сколько в свое время навидался⁈

Оставалось только удивляться прозорливости старого лесовика и его наглости.

— Сколько? — стало интересно Дамьену.

Когда этот старик вообще мог пообщаться с демонами?

— А много! Когда вы здесь, в академии, шастали, продыху от вас не было! Темпераментные все, хоть полешки от вас зажигай! От драконов и то убытку меньше было, чем от вас! Хотя… — Лесовик задумался и сделал неопределенный жест рукой. — Все относительно. Но ты меня не сбивай! Думаешь, так тебе все с рук сойдет⁈

— Готов возместить убытки, — тут же заявил Дамьен. — А что здесь, собственно, делали те демоны и драконы?

Его глаза заблестели в предвкушении интересных сведений.

— Ишь какой шустрый! — восхитился лесовик и кивнул урунгузу: мол, зацени, каков демонюка! — Что тут делали демоны, я тебе, положим, просто так не расскажу. А вот один дракон недавно тут за своей ведьмой гонялся. Чуть мне половину леса не вытоптал!

— За какой еще ведьмой?

— Знамо какой! Зеленоглазой, молоденькой, краси-и-ивой… — лесовик хитро прищурился.

Дамьен почему-то в этот момент представил рыжую зеленоглазую стерву, которая в одной ночной сорочке, в которой он видел ее сегодня утром, бежит по лесу, за ней ломится какой-то левый дракон, а потом…

Руки невольно сжались в кулаки. С ним, значит, она целоваться отказывается, а от всяких непонятных драконов в одной сорочке бегает⁈

— Ты гля-я-я, — внезапно довольно улыбнулся лесовик, будто увидел что-то, чего давно не видел. — Вот! Потому демоны так часто в моем лесу и куролесили! Сами себе придумают, сами поверят, а потом страдают.

— И что? Все демоны так? — удивился урунгуз.

— Нет конечно. Иначе от моего леса ничего бы не осталось. Только те, которые по ведьмам и магичкам сохли. Страдали, так сказать, из-за слишком богатого воображения.

Дамьен помотал головой и с ужасом подумал, что и в самом деле только что сам напридумывал себе невесть чего. Хотя лесовик тоже напридумывал. Не сохнет он ни по какой ведьме!

Самоирония все же взяла верх, и Дамьен усмехнулся:

— Не думал, что у вас в академии такие сердцеедки водятся.