Все ведьмы – стервы, или Демона мы (не) вызывали

Устала… как же она устала… Кто бы мог подумать, что все так обернется? Она ведь всего лишь хотела наказать этого гада за свои страдания! И что теперь? Ее лишат крыльев и отправят в заключение⁈ Уж лучше смерть! Лучше Бездна!

Зелла посмотрела вперед и поняла, что и в самом деле залетела на территорию, где уже давно хозяйничала ненасытная Бездна, а ее расширяющийся то ли провал, то ли воронка, то ли рябь черного смоляного пространства оказалась совсем недалеко.

Преследователи остановились, не желая даже краем крыла залетать на отравленную территорию. Слабаки! Только Калиен отправился за ней следом, но и он быстро застыл, не желая лететь дальше. Тоже слабак!

— Вернись, ненормальная! — крикнул ей вслед, но Зелла только надсадно расхохоталась.

Ей с самого детства рассказывали страшилки о Бездне, с возрастом эти страшилки становились только страшнее, но почему-то именно поэтому ей казалось, что ей Бездна нипочем. Ей всегда все было нипочем!"

"Внезапно воздух словно загустел, протолкнуть его в легкие удавалось с трудом, пространство словно исказилось, покрылось рябью и вывернулось наизнанку. Зелла даже не поняла, что падает. Сознание то ускользало, то снова обретало четкость, но мир вокруг почему-то казался медленным, а само пространство неповоротливым и странно чуждым. Зелла не выдержала и закрыла глаза. Так не должно было случиться. Ей же все нипочем, и всегда все было нипочем…

Ариэлла наблюдала за демонессой все так же со стороны и испытывала настоящий страх. Тело Зеллы на ее глазах упало в непонятную черноту, которая приняла его в себя неожиданно мягко и аккуратно, без какого-либо всплеска или пыли. В эту черноту погрузились и прекрасные белокурые волосы демонессы. Но на поверхности остался белый овал прекрасного лица, на котором была написана полная безмятежность.

Ариэлле это показалось настолько неправильным и страшным, что она перестала дышать, потому что происходило нечто за пределами человеческого понимания. Пульс в ушах бухал так громко, что она не слышала звенящую тишину, разлившуюся в том странном пространстве, которое она видела. А еще Ариэлла поняла, что время ускорило свой бег. Вокруг бесконечно сменялись дни и ночи и даже менялся ландшафт. Сколько же времени Зелла пролежала вот так — не двигаясь, не меняясь, не погружаясь в черную субстанцию ни на миллиметр глубже и оставаясь все такой же безмятежной и прекрасной?

Внезапно все вокруг замерло. Так не бывает. Просто не бывает! Даже во сне!

И вдруг Зелла резко открыла совершенно черные глаза и посмотрела на Ариэллу.

С шумом вдохнув ртом, Ариэла проснулась и несколько долгих минут лежала, пытаясь прийти в себя от охватившего ее первобытного ужаса.