Стервятник

Причем совершенно бесплатно, если ты не знал… И никому не пожалуешься – тот еще народ, кто из-за меня станет стрелку назначать? Короче, наше профессиональное пугало. – Ее явственно передернуло. – Единственное неудобство, пожалуй…

– А потом?

– А черт его знает, – сказала она устало. – Кто теперь загадывает наперед? Пробую копить понемножку, оборачиваю в зеленые – кое-как идет… Там видно будет. Опять-таки, выпадают премиальные… Будут премиальные, Родик? За душевный стриптиз вкупе с телесным?

– Будут, – сказал он рассеянно.

– Я вами очарована и околдована, мистер Робин Гуд… – Соня прильнула к нему, ее ладонь поползла по бедру Родиона. – Что тебе сделать? У нас еще чертова уйма времени…

– Только помедленнее… – прошептал он, наваливаясь на нее, прижимая к себе так, словно через четверть часа должен был грянуть конец света. – Медленнее…

Повторилось недавнее нежное безумие – со стонами и жаркими придыханиями над ухом, с ощущением полной власти над ее гибким теплым телом, с яростными толчками, с полузабытьем, когда Соня оказалась сверху, ритмично дергалась, встряхивая головой, так что распущенные волосы метались бледным пламенем. Он ощутил себя опустошенным до предела, лежал, не открывая глаз – и очнулся лишь, когда ему в губы ткнулся фильтр зажженной сигареты. Жмурясь, втянул дым, левой рукой расслабленно прижимая к себе девушку.

– Тебе дурацкий вопрос можно задать? – прошептала она на ухо, щекоча волосами щеку.

– Любой, – сказал он, вновь прикрыв глаза.

– А ты-то как докатился до жизни такой? Должно же было что-то случиться, чтобы загнать интеллигента в варнаки? Безденежье подкосило?

– Плесни коньячку, пожалуйста, – сказал он, примяв в пепельнице догоревший до фильтра окурок.

Выпил рюмку и заговорил, неожиданно для себя вывернувшись чуть ли не наизнанку – про Лику, про завод, про яростное стремление вырваться из невидимого круга. Правда, у него хватило ума не выставлять себя «тварью дрожащей», не плакаться в жилетку – жалости он не искал, наоборот. Насколько мог, пытался добросовестно лепить образ загнанного в угол жизнью, но не опустившего руки твердого мужика, способного ухватить за волосы Фортуну. Собственно, почему «лепить»? Он уже выломился из безликого стада, доказал это по крайней мере себе…

– Ага, – сказала Соня задумчиво. – Чего-то в этом роде я и ждала, вполне вписывается…

– Я тебя разочаровал? – спросил он настороженно.

– Полноте, с чего бы вдруг? Я бы сказала, все крайне логично и разумно – в рамках нашего сюрреалистического времени, конечно.