Стереть из памяти

Потом я увидела плавающую в бассейне резиновую куклу, но ее успели убрать до того, как я привела свидетелей, и окончательно превратилась в дамочку, у которой не все дома и которой мерещатся трупы."

"– Да. Но потом все пошло не по плану. Тело Кати обнаружили раньше времени. Преступнику явно не повезло, что местные детишки забрались именно на эту заброшенную дачу. Потом мы с тобой нашли куклу из бассейна и поняли, что тебе ничего не привиделось и не померещилось, а потому кому-то пришлось менять план и устранять тебя, пока ты не стала смертельно опасна. Мне это очевидно, поэтому я и забрал тебя из гостиницы, чтобы ты все время была у меня на глазах.

– Да, но я по-прежнему не могу ничего вспомнить, – уныло сказала Лика. – Это ужасно, потому что, если бы память наконец вернулась, мы бы точно знали, кто преступник, и весь этот ужас кончился бы.

– Кто у нас есть из подозреваемых? – спросил Панфилов.

Действительно проводит расследование или хочет выяснить, что им известно?

– Вы, Влад, по-прежнему номер один в списке, – сообщила ему Лика. – Регина была вам неверна и ждала ребенка от другого мужчины, а Катя не давала вам развода. Вполне себе весомые аргументы для морского офицера.

– Мог бы поспорить, но не хочу тратить время, поэтому пусть так, – мрачно согласился Панфилов. – Кто дальше?

– Доктор Ермолаев и Анна Марлицкая. На участке, где лежала резиновая кукла, мы с Антоном нашли каолиновую маску из коллекции доктора. У него есть сапоги с отпечатками дубков, и хотя он говорит, что их ему отдала моя бабушка, сапоги деда нашел в сарае Николай. Так что откуда такие же у Дмитрия Владимировича, мы доподлинно не знаем. Анна была на месте убийства Регины. Ее отец уничтожил все указывающие на это следы. У них обоих был повод убить и одну, и вторую сестру, и оба знали, какое лекарство использовать, чтобы вызвать у человека необратимые изменения. Викентий не погиб только потому, что намного тяжелее меня, лекарство было рассчитано, исходя из моего веса. И кеды. Человек, ударивший меня по голове, был обут в красные кеды. В таких ходит Ермолаев, но вторые такие кеды я видела в комнате для персонала в отеле. Вы, кстати, не знаете, чьи они?

– Эльмиры Степановны, – сказала Ирина, до этого молчавшая. – Мы на работе по дресс-коду должны ходить в черных лодочках, но у нее иногда уставали и отекали ноги, и тогда она ненадолго переобувалась в кеды. Пока никто не видел.

– Значит, по голове меня ударил либо Ермолаев, либо Эльмира Степановна. Кстати, она тоже могла убить Катю, потому что в тот день работала в дневную смену, и к моменту, когда произошло убийство, уже ушла. Весь вопрос в том, зачем? А она вообще кто? Откуда взялась?

– Отсюда, из Сестрорецка. – Ирина пожала плечами.