Покоривший СТЕНУ 11: Король механизмов

И где, спрашивается, чудо?

А вот лаборатории порадовали, и очень.

Их я посетил поутру, едва только пришёл в себя. И там обнаружил всех своих учёных, работавших, похоже, всю ночь.

— Крайн, ты хоть спал? — спросил я у сонного некроманта.

— Успею ещё, — отмахнулся он. — Здесь не так часто бывает возможность спокойно работать. Скоро ведь очередной спуск?

— Надеюсь, что завтра. Посмотрю по обстоятельствам, — кивнул я.

— Ну воот. Так что надо понять, куда мы вообще движемся в работе, и пока мы наверху, Белая достанет всё нужное с рынка. В рейде здесь работы будет намного меньше.

Я хмыкнул. И правда. Если для нас источник бессонных ночей — это спуск, то в защищённом убежище парадокса работа начинала кипеть сейчас.

— Что с нашими проектами? — спросил я, кивнув на капсулы терминала.

Первое созданное нами порождение трёх цепей, высший дендрокадавр с совершенно безумным набором цепей, отсчитывал последние минуты пребывания в терминале. Я вовремя.

Тело живого проходчика из двадцать первого сектора, восстановленное воскрешением после заморозки не имело души, и её заменил осколок высшей нежити. Самым доступным на данный момент мне для этих целей ресурсом, были именно такие осколки. Совсем без неё получались только растения-исполнители вроде стандартных некродендроидов из чего попало. Примерно половина боссов в локациях нежити была с зачатками воли. Ровно настолько, чтобы управлять безмозглыми зомби."

"Как себя будет чувствовать мертвец, а если точнее, душа давно погибшего моба Стены, чей фрагмент мы за бесценок обменяли на рынке?

Это был самый тонкий участок всего плана. Я могу контролировать нежить в некоторой степени. Вчера даже изучил базовые формулы контроля некротической энергии. Ещё могу контролировать растения. Но тело было живым, и влияния на процессы в биологической части у меня не будет.

Желания тела могут привести к неподчинению, особенно если учесть, что воля у существа может быть слаба. По крайней мере, по началу. Самое время вводить психолога в список обязательного состава создателя цепи.

Существо, тем временем, поднялось и открыло глаза.

Длинные тёмные волосы, сальные и слипшиеся в пучки, обрамляли мрачное бледное лицо мужчины с недельной щетиной. Но куда больше внимания приковывали его глаза.

Сперва мне показалось, что они у него просто разные, но затем я понял, что цвет ярко светящегося зрачка постоянно менялся. Узор перетекал внутри между зелёным и красновато-рыжим. При этом цвета не смешивались друг с другом, постоянно пребывая в движении.

До модификации такого эффекта не было. Раньше они были, кажется, тёмно-серыми. Тело проходчика тоже выбиралось из числа самых слабых, где было минимум всей той генетики, которую я не мог контролировать.