За каменной стеной

– Оля, только, пожалуйста, никому не говори! – взволнованно протараторила я, потянув ее в угол кухни и заставляя настороженно нахмуриться. – Миша здесь ни при чем… В тот день, когда он вышел из тюрьмы, я сама пришла к нему!

– Что?…

– Мне так хотелось, чтобы он перестал смотреть на меня как на Малька, как на малолетку, понимаешь? И я… В общем, я сказала маме, что поеду к подружке, а сама вернулась к нему в квартиру. Конечно же, он попытался выгнать меня, – сконфуженно призналась я, уставившись на свои пальцы, нервно перебирающие края свитера. – Но все равно в ту ночь… между нами все случилось."

"Оля раскрыла рот и ахнула. А еще так посмотрела на меня, что я вмиг пожалела о своем решении открыться ей. Неужели под «что-то было» она подозревала нечто совсем безобидное?

– Так, п-постой… – сбивчиво произнесла жена брата. – Но разве ты не встречалась с парнем в тот момент?

Нервно сглотнув, я отвела глаза и кивнула.

– Миша стал моим первым… – едва слышно сказала. – Поэтому сразу после я рассталась с тем парнем.

Глаза Оли стали еще шире. Не знаю, какой пазл сложился у нее в голове, но мне нестерпимо захотелось отмотать время назад и солгать ей.

– Да уж… – Издав громкий вздох, жена брата перевела напряженный взгляд в пространство. – Вот это ситуация – просто в голове не укладывается. Но что было потом?

Я смущенно пожала плечами.

– Ничего. Миша предупреждал, что не готов к отношениям, и я… согласилась с этим.

– Боже, – вдруг сочувственно выдохнула Оля, посмотрев на меня с беспокойством. – Девочка, как же тяжело тебе было все это время!

Я даже растерялась. Честно говоря, не ожидала, что она поймет. И ее слова угодили в самое сердце, отчего слезы снова набежали на глаза.

– Зато теперь я понимаю, – проронила я со всхлипом, – что он просто не был готов к отношениям со мной.

Оля пожала губы, прислонилась к столешнице и неуверенно заметила:

– Блин, как это все сложно. Только не думай, что ты какая-то не такая, – серьезно сказала она, взглянув на меня. – Наоборот, для Миши ты – особенная.

Я заправила упавшую прядь волос за ухо и смиренно отозвалась:

– Да, я понимаю. И то, что он очень не хочет обидеть Диму, тоже.

Жена брата неожиданно фыркнула.

– Знаешь что! – строго воскликнула она. – Я хоть и жена его, но скажу так: Дима переживет. То, что происходит в твоей личной жизни – это твое личное дело! Да и Миша что, плохой парень? Таких еще поискать! Хотя в данный момент мне очень хочется его осудить и стукнуть чем-нибудь при встрече. Зачем он тащит какую-то пигалицу, зная, что ты здесь?

Оля так яро выказала недовольство, сжав свои миниатюрные кулаки, что я даже прыснула.

– Да ладно. Рано или поздно это все равно бы случилось, – философски подметила я, прерывисто вздохнув.