Стелларлун

 — Он повернулся к Софи, и его оливковая кожа стала еще бледнее, когда он пробормотал: — Мне так жаль, что ты была вынуждена терпеть такой болезненный ментальный шквал в течение стольких лет. Теперь я вижу, как это преследует тебя… и сожалею, что не собрал это воедино раньше. Я совсем не виню тебя за то, что ты не хочешь снова подвергать себя — или Фитца — такому уровню незамутненной честности.

— Я тоже, — добавил Фитц. — Я должен был понять, как сильно это повлияло на тебя. И если эта история с инквизицией звучит чересчур, я хочу, чтобы ты знала, что я это понимаю… хорошо?

— Спасибо, — пробормотала Софи, обнимая себя немного крепче. — Я просто… никогда больше не хочу переживать ничего подобного.

— Тебе и не придется, — заверил ее Тиерган. — Когнатская Инквизиция на самом деле работает по-другому. В Ядре Истины нет по-настоящему связных мыслей.

— Но… ты сказал: «Никакие мысли нельзя спрятать», — напомнила ему Софи.

— Да. И это был неудачный выбор формулировки с моей стороны, так что позвольте мне попробовать еще раз. Вы по-прежнему сможете общаться друг с другом посредством передач, но вы будете полностью контролировать их. И неосторожные мысли, о которых я говорил, на самом деле являются реакциями, которые приходят в форме специфического ощущения — изменения температуры, сообщающего вам, имеет ли мысль какое-либо значение.

— Э-э, не уверен, что я понимаю, что это значит, — признался Фитц, и Софи была рада, что она была не единственной, кто чувствовал себя сбитым с толку."

"— Возможно, было бы полезно, если бы я привел несколько примеров, — предложил Тиерган. — Итак, Фитц, если бы ты был в Ядре Истины Софи, и подумал о меллоумелт… и я прав, предполагая, что между вами двумя не было драматического инцидента с меллоумелтом… тогда разум Софи был бы холодным и неподвижным, говоря тебе, что тема меллоумелта безопасна и не нуждается в каком-либо дальнейшем рассмотрении. Но если бы ты подумал о том, что прискорбно сказал вчера, ты бы почувствовал обжигающий жар в своем сознании, который дал бы тебе понять, что между вами существует барьер. И вы оба будете знать, какие реакции были испытаны, так что недоразумений не возникнет. Тогда следующий шаг…

— Дай угадаю, — вмешалась Софи. — Шаг второй — это когда Фитц спрашивает меня о чем-нибудь, что показалось мне теплым, и я все еще должна рассказать ему все…

— Неправильно, — перебил Тиерган. — Ты описываешь третий шаг. Вот почему это не однодневное упражнение. Второй шаг — это когда вы оба идете домой и решаете, как вы относитесь к этим новым открытиям, в частности, с точки зрения того, что вам нужно знать, чтобы работать вместе? Вы оба будете удивлены тем, как много вопросов не требуют дальнейшего обсуждения.