Стеклянный дом

Почему мать не оплакивает сына, как положено? Почему так невозмутима?"

"Теа подошла к окну и посмотрела на дом по другую сторону газона, где жил похищенный мальчик. Ей было больно оттого, что он так некстати оказался на пути. По нему было видно, что он даже не сможет связно рассказать о том, чему стал свидетелем.

Главное, он слышал, что Теа может говорить. В представлении этого мальчика – ничего странного, если пожилая тетенька разговаривает. Но это стало бы настоящей сенсацией для тех, кто знает, что она молчит с 1981 года. По слухам, Теа выбрала вечное молчание, однако это не соответствовало истине. Она тренировала голос каждый день, когда была уверена, что ее никто не слышит. Со включенным на полную громкость радио. Или когда мылась в душе.

Подумав о брате похищенного мальчика, Теа всплакнула. Никто не сказал ей, что полицейский, приходивший к ней вместе с женщиной-коллегой, был братом пропавшего, но она сразу же это поняла. Между ними было много сходства: те же глаза, те же четко очерченные нос и подбородок.

А главное – тревога, пылавшая в глазах полицейского.

Теа вытерла слезы ладонью. Этот полицейский, скорее всего, никогда не найдет своего брата. И не поймет, в какой могиле тот нашел свой последний приют.

59– Я знаю, кто он такой.

Фредрика Бергман вскинула подбородок, как делала всегда, когда ожидала, что ей будут возражать.

– Я тоже, – сказал Алекс.

– Вальтер Лунд – сын Теа Альдрин.

Алекс сам пришел к такому же выводу.

– Мы можем быть уверены, что Теа знает, кто посылает ей каждую неделю цветы?

– По-моему, на сто процентов.

– Стало быть, мать и сын. Что же они скрывают?

Зазвонил мобильный телефон Фредрики, но она сбросила звонок.

– Если это Спенсер, ты вполне можешь поговорить с ним.

– Я сейчас не в состоянии думать о двух делах одновременно. – Она покачала головой.

Глаза ее блестели, словно мокрые камешки.

«Проклятье, у меня не осталось нормальных сотрудников, – подумал Алекс. – У всех нервы ни к черту».

В дверь постучал Петер, вошел и закрыл ее за собой:

– Не помешаю?

– Само собой, нет.

При виде вконец изможденного Петера Алекс еще более встревожился. Он хорошо понимал, как тот переживал из-за пропажи брата. Однако неспособность Петера адекватно оценивать ситуацию могла поставить под удар весь ход следствия, и это уже была проблема. И Алекс никак не мог этого допустить.

– Может, тебе все же пойти домой и поспать?

– Я не устал. – Петер покачал головой.

Ложь.

– Если Вальтер Лунд на самом деле Юхан Альдрин, где же настоящий Вальтер Лунд? – Алекс повернулся к Фредрике. – Ты разговаривала с его дядей?

– Пока нет. Однако норвежская полиция с ним не раз общалась. Он говорит, что Вальтер нанялся в восьмидесятом году на судно для перевозки машин и с тех пор о нем ни слуху ни духу.