Стеклянные крылья

Она достала из сумочки кошелек, а пин-код ввела, даже не посмотрев на сумму; забрала чек и торопливо вышла на внушительную лестницу, украшенную золочеными завитушками. Она пробыла там три четверти часа и должна была взбеситься при виде четырехзначной суммы на чеке. В обычной ситуации так бы и случилось, в обычной ситуации ее возмутил бы подобный грабеж. Держась за перила, она стала быстро спускаться, мечтая поскорее выйти на свежий воздух. Возможно, это и есть путь вперед, хоть он будет тяжелым и затратным. Разве это не обыкновенная ребяческая гордыня – из-за нее она чувствовала, что оказалась незащищенной, почти униженной? Потому что психиатр был так уверен в диагнозе, что поставил его за секунду. Потому что от нее буквально исходила чернота.

Площадь Святой Анны встретила ее тяжелыми тучами и лужами на широких тротуарах. Дверь захлопнулась за ней с тяжелым грохотом, и она вышла навстречу ветру. На мгновение закрыла глаза и сделала глубокий вдох, после чего пошла. На другой стороне площади есть кафе Joe & The Juice. Она пересекла площадь и вошла в черно-розовое заведение, где гремели басы. Люди сидели на барных стульях и беседовали, перекрикивая громкую музыку, как будто так и надо. Эстер встала в очередь и смотрела, как молодые люди за барной стойкой жонглируют яблоками и весело подмигивают посетительницам. Выглядело это зрелище неестественно. Тем не менее в нем было что-то особенно успокаивающее.

Она заказала кортадо, и ей игриво улыбнулся юноша – да он как минимум в три раза младше. Его голубые глаза сияли доверием к жизни и интересом к миру, его воодушевление было заразительно. Уже доставая кошелек из сумки, Эстер сообразила, что так и держит в руке чек от Деманта. Без дальнейших раздумий она смяла его и бросила в ведерко, предназначенное для чаевых и номеров симпатичных девушек. Затем улыбнулась в ответ.

Глава 3

Оштукатуренная белая кирпичная вилла семьи Хольте располагалась в тихом жилом квартале недалеко от площади Хусум-торв. На каждом участке – бунгало и кирпичные виллы, в садах – песочницы и качели. Йеппе с нежностью подумал о собственной вилле в Вальбю – они с бывшей женой наконец-то ее продали. Теперь у кустов сирени, сарая и недостроенной террасы другие хозяева. Он по всему этому не скучал.

В конце длинной подъездной дорожки гостей встречал крепкий навес для машин из темного дерева, а еще лаванда в горшках и свежевыкрашенный забор. Видимо, жившая здесь семья умела ухаживать за домом и тратила на него много времени и сил. Йеппе и Фальк пошли по плитке, очищенной от мха, к белой входной двери – мимо ухоженных клумб.

На латунной табличке под звонком выгравированы имена Беттины и Микаэля, оба с фамилией Хольте.