Стеклянные крылья

В субботу утром в начале седьмого утра Трина Бремен задумчиво стояла возле раскрытого шкафчика с лекарствами.

Она должна была освободиться еще вчера, в одиннадцать вечера, но одна из медсестер ушла на больничный – ей пришлось проработать всю ночь. Она посмотрела на часы – она уже почти шестнадцать часов на работе. У нее болели ноги и затекла шея. Трина положила нужные ампулы в карман белого халата, зевнула и заперла шкафчик.

По коридору толкала тележку с ведрами и тряпками уборщица в платке, Трина прошагала мимо нее, сжимая в потной ладони лекарство. В туалете для персонала она с легкой дрожью набрала в одноразовый шприц препарат из трех ампул и по привычке щелкнула по нему, проверяя, не осталось ли внутри воздуха. Открыла дверь, наполненный шприц лежал у нее в кармане."

"Перед восьмой палатой она украдкой посмотрела по сторонам, прежде чем распахнуть дверь и шагнуть в темноту. Подошла к кровати и оглядела старика – тот лежал на спине, рот слегка приоткрыт. Седой, морщинистый, высохший. Его тело уже давным-давно отслужило, теперь оно превратилось лишь в оболочку для уставшей и измученной души, которой не терпится оттуда вырваться. Трина по его глазам это видела. Она осторожно вынула из кармана шприц и вставила иглу в катетер.

Он зашевелился, как будто во сне почувствовал ее присутствие. Трина нежно погладила его по руке. Затем надавила на поршень.

Она сунула шприц за пояс брюк, с любопытством разглядывая спящего старика. Шли секунды, она досчитала до семи, и тут наконец что-то началось. Пациент стал задыхаться и хвататься за грудь, на лбу тут же выступили бисеринки пота. Он так и не открыл глаза – казалось, будто едва проснулся и сразу потерял сознание. Трина разглядывала его. После первой минуты вероятность выжить каждую минуту снижается на семь-десять процентов. Ей не должно быть слишком просто. Лишь когда появились синюшные пятна цианоза, раздался сигнал тревоги.

Когда коллеги распахнули дверь в палату, Трина выполняла сердечно-легочную реанимацию – трудилась она усердно и ревностно.

– Остановка сердца! – крикнула она. – Нужны дефибриллятор и реанимационный набор!

– Отойди от пациента!

Голос Дюринга, всегда такой добрый, словно ударил кнутом. Через секунду ее оттолкнули в сторону Етте и еще двое коллег – все засуетились около койки.

Трина застыла.

– Это мой экстренный вызов. Я нашла пациента…

Санитар взял ее за руку и вывел в коридор. Дверь в палату закрылась, в ушах у Трины звенел сигнал тревоги. Ее выставили.

Мозг тут же попытался осознать, что произошло. Дело не в том, что кто-то усомнился в ее навыках.

Трина торопливо прошла по коридору в туалет для персонала и заперлась изнутри. Вынула из-за пояса одноразовый шприц, завернула в туалетную бумагу и бросила на дно мусорного ведра.