Исчезновение Стефани Мейлер

— Ты даже толком отвечать не можешь, до того обдолбалась! И попробуй только наблевать мне на сиденье, ясно? Героинщица хренова!

— Дайте мне поговорить с папой, пожалуйста, — умоляла Дакота."

"— Ну конечно, а еще чего тебе надо? Того, что мы нашли в машине, для судьи вполне достаточно. Готовься в камере отдыхать, красотка.

Близился вечер. В тихом квартале, где жили Брауны, Шарлотта, недавно вернувшаяся из ветеринарной клиники, с мечтательным видом сидела на крыльце. Из Большого театра вернулся муж и уселся рядом. Вид у него был измотанный. Она ласково погладила его по голове:

— Как идет прослушивание?

— Ужасно.

Она закурила.

— Алан…

— Да?

— Мне хочется туда пойти.

— Кому, как не тебе, — ободряюще улыбнулся он.

— Не знаю… я же двадцать лет не выходила на сцену.

— Ты будешь иметь бешеный успех, не сомневаюсь.

Вместо ответа Шарлотта только тяжело вздохнула.

— Что случилось? — спросил Алан, чувствуя, что что-то не так.

— Мне иногда кажется, что лучше сидеть тихо, а главное, держаться подальше от Харви.

— Чего ты боишься?

— Ты сам прекрасно знаешь, Алан.

В нескольких милях оттуда, в «Палас дю Лак», Джерри Райс не находил себе места: Дакота пропала. Он искал ее по всему отелю, в баре, в бассейне, в фитнес-зале — все напрасно. Телефон у нее не отвечал, записки она не оставила. В конце концов он обратился к охране гостиницы. На записи камер слежения было видно, как Дакота вышла из номера, побродила по коридору, потом спустилась на ресепшн, спросила машину и уехала. Начальник охраны, не зная, что еще предпринять, предложил сообщить в полицию. Джерри предпочитал обойтись без этого, боялся навлечь на дочь неприятности. Внезапно у него зазвонил мобильный телефон. Он поспешил принять вызов:

— Дакота?

— Джерри Райс? — ответил суровый мужской голос. — Говорит помощник шефа полиции Орфеа Джаспер Монтейн.

— Полиция? Что случилось?

— Ваша дочь Дакота задержана и находится в участке. При задержании у нее обнаружены наркотики, завтра она предстанет перед судом. Ночь она проведет в камере.

Джерри Райс

Летом 1994 года я был молодым директором одной нью-йоркской радиостанции, зарабатывал мало и только что женился на Синтии, девушке, в которую был влюблен со школьной скамьи. Она единственная в меня верила.

Надо было видеть нас в то время: мы оттягивались по полной. Нам было под тридцать, мы любили друг друга и были свободны как ветер. Самым ценным моим имуществом был подержанный «корвет», на котором мы на выходных разъезжали по всей стране, из города в город; останавливались в мотелях и пансионах.

Синтия работала в администрации маленького театрика. Она всегда знала, где что идет, и мы каждую неделю ходили на Бродвей задаром, по контрамаркам. Жизнь мы вели скудную, но нам хватало за глаза. Мы были счастливы.