Исчезновение Стефани Мейлер

— Больше? Что ты хочешь сказать?

— Больше не получается, с тех пор как я сделала одну очень страшную вещь.

— Что же ты такое сделала?

— Это слишком страшно, чтобы рассказывать.

— Ты могла бы про это написать, — предложил Коди.

— Знаю, мне психотерапевт все время твердит. Но оно из меня не выходит. Вообще ничего не выходит. Я внутри совсем пустая.

В тот вечер Джерри с Дакотой ужинали в кафе «Афина». Джерри знал, что Дакоте всегда нравилось это заведение, и повел ее туда в надежде сделать ей приятное. Но она весь вечер дулась.

— Зачем мы сюда приперлись? — наконец спросила она, ковыряя вилкой спагетти с морепродуктами.

— Я думал, тебе здесь нравится, — оправдывался отец.

— Я про Орфеа. Зачем ты меня сюда притащил?

— Думал, тебе тут будет лучше.

— Думал, что мне тут будет лучше? Или хотел продемонстрировать, как я тебя достала, и напомнить, что из-за меня ты потерял дом?

— Дакота, что за ужасы ты говоришь!

— Я и так знаю, что испортила тебе жизнь!

— Дакота, хватит без конца есть себя поедом, ты должна двигаться вперед, ты должна поправиться.

— Ты что, не понимаешь? Я никогда не смогу поправить то, что сделала, папа! Ненавижу этот город, все ненавижу, ненавижу жить!

Она не смогла сдержать слезы и скрылась в туалете, чтобы никто не видел, как она плачет. Вышла оттуда не скоро, минут через двадцать, и попросила отца отвезти ее обратно в «Палас».

Джерри не заметил, что в каждой из двух спален их люкса был мини-бар. Дакота, стараясь не шуметь, открыла дверцу, взяла стакан и достала из холодильничка крошечную бутылку водки. Отпила несколько глотков. Потом порылась в бельевом ящике и вынула оттуда ампулу кетамина. Лейла говорила, что такая упаковка практичнее, чем порошок, и прятать ее легче.

Дакота отломила кончик ампулы, вылила содержимое в стакан, размешала пальцем и залпом проглотила."

"Через несколько минут она почувствовала, как ее охватывает умиротворение. Она стала легче. Счастливее. Она вытянулась на кровати и стала смотреть, как побелка на потолке начинает медленно идти трещинками и под ней проступает чудесная фреска: она узнала дом в Орфеа, и ей захотелось по нему побродить.

* * *Орфеа, июль 2004 года

За завтраком в летнем домике, который снимали Райсы, царило радостное оживление.

— «Акупунктура», — произнес Джерри с хитрым видом.

Девятилетняя Дакота задрала нос, состроив озорную мордочку; на лице матери, не сводившей с нее глаз, расцвела восхищенная улыбка. Потом девочка решительно схватила ложку, плававшую в миске с молоком, и, зачерпнув, стала доставать из него хлопья в форме букв, медленно проговаривая:

— А-к-у-п-у-н-к-т-у-р-а.

Одновременно она выкладывала соответствующую буковку на тарелку рядом. Потом, довольная, оглядела результат.

— Браво, дорогая! — восхитился отец.