Исчезновение Стефани Мейлер

— Доктор Лерн сказал, что тебе пора прекращать себя гробить! — гаркнул Джерри, доставая из ящика пакетик с белым порошком.

— Не трогай! — закричала она.

— Это что такое? Опять твой долбаный кетамин?

Не дожидаясь ответа, он направился в ванную, смежную со спальней.

— Кончай! Перестань! — Дакота пыталась выхватить у отца пакетик, но тот был сильнее и удерживал ее на расстоянии.

— Ты чего добиваешься? — спросил он, поднимая крышку унитаза. — Сдохнуть хочешь? В тюрьму сесть?

— Не надо! — взмолилась она и расплакалась то ли от злости, то ли от горя.

Он вытряхнул порошок в унитаз и немедленно спустил воду на глазах беспомощной дочери.

— Да, ты прав, сдохнуть хочу, чтобы больше тебя не видеть! — вопила Дакота.

Отец грустно посмотрел на нее и на удивление спокойно произнес:

— Собирайся, мы завтра рано утром уезжаем.

— Что? Что значит «мы уезжаем»? Я никуда не еду, — заявила она.

— Тебя никто не спрашивает.

— Можно узнать, куда мы едем?

— В Орфеа."

"— В Орфеа? Какая муха тебя укусила? Ноги моей там больше не будет! И вообще, представь себе, я уже все обдумала, у меня есть план. У одного приятеля Лейлы есть дом в Монтоке, и…

— Про Монток забудь. Твои планы изменились.

— Что? — взвыла Дакота. — Нет, ты не можешь со мной так поступить! Я уже не ребенок, я буду делать что хочу!

— Нет, ты не будешь делать что хочешь. Я и так слишком долго тебе позволял делать все, что ты хочешь.

— Уходи отсюда, оставь меня в покое!

— Дакота, я тебя не узнаю…

— Я взрослая, я уже не маленькая девочка, которая ела хлопья и учила с тобой алфавит!

— Ты моя девочка, тебе девятнадцать, и ты будешь делать то, что я говорю. А я говорю: собирайся.

— А мама?

— Только мы с тобой, Дакота.

— Чего это я с тобой поеду? Я хочу сперва поговорить с доктором Лерном.

— Нет, никаких разговоров, ни с Лерном, ни с кем. Пора положить всему этому предел.

— Ты не можешь со мной так поступить! Ты не можешь меня заставить ехать с тобой!

— Могу. Я твой отец, я тебе приказываю.

— Ненавижу! Ненавижу тебя, слышишь?

— Знаю, Дакота, прекрасно знаю, можешь не повторять. А теперь складывай чемодан. Завтра с раннего утра мы уезжаем, — повторил Джерри не терпящим возражений тоном.

Он решительным шагом вышел из комнаты, налил себе виски и проглотил в пару глотков, глядя в огромное окно, как роскошная ночь накрывает Нью-Йорк.

В это время Стивен Бергдорф возвращался домой. От него разило потом и сексом. Жене он сказал, что отправился куда-то на вернисаж за счет журнала, а на самом деле ходил с Элис по магазинам. Он снова поддался ее безумной страсти к транжирству, она обещала потом ему дать и сдержала слово. В ее квартирке на Сотой улице он набросился на нее, как бешеная горилла, а потом она потребовала от него романтический уикенд.