Стечение обстоятельств

Я наотрез отказалась от визитов Олега, сославшись на своё ужасное самочувствие и несвежий вид. На самом же деле, мне было настолько тошно от сложившейся ситуации, что единственный человек, которого я желала рядом ‒ мама.

К сожалению, и она не смогла переубедить бывшего мужа в неправильности решения. Их разговор длился долго, на повышенных тонах, после чего мне объявили, что брак будет заключён, а дату свадьбы назначат в ближайшее время.

Чувствую себя загнанной в угол ‒ некуда бежать, некого просить о помощи. Словно я барахтаюсь посреди океана, не понимаю, в какой стороне заветный берег, ожидая спасательного жилета.

Пока я не желала контактировать с Олегом, поэтому его номер по-прежнему числился в чёрном списке. Туда же отправился и контакт блондина. Нет, я не ждала попыток связаться со мной, и всё же, если у него возникнет желание поговорить, дозвониться он не сможет.

‒ Дочь, как самочувствие? ‒ Отец появляется, как по расписанию.

‒ Лучше, ‒ сажусь на кровати, ‒ кашель не до конца прошёл, да и общее состояние далеко от бодрого, но уже…

‒ Отлично. Собирайся. Через два часа отправишься в свадебный салон для примерки платья. Регистрация состоится пятнадцатого января в четыре. Приглашения разосланы, ресторан заказан. Организацией, как и в прошлый раз, занимается Вера.

‒ Мы не подавали заявления, ‒ вскакиваю с кровати, останавливаясь напротив отца.

‒ Всё сделано за тебя, ‒ чеканит каждое слово. ‒ Вызови своего водителя. В салоне тебя будут ждать Катя и Вера.

‒ Они-то мне зачем? ‒ всхлипываю, стирая слёзы.

‒ Посоветуют, помогут выбрать платье и всё, что необходимо невесте.

‒ Пап, пожалуйста, не надо… ‒ последний шанс переубедить отца, заставить изменить неверное решение.

‒ Арина, мы это уже обсуждали. Если ты надеялась, что Люда повлияет на меня и убедит изменить свою точку зрения, то нет. Твоя мама уже не имеет на меня влияния. Собирайся.

И как только отец покидает комнату, оседаю на кровать, уставившись в одну точку. Я приняла. Приняла позицию отца, невозможность изменений с помощью мамы и отсутствие поддержки окружающих меня людей. Вариантов нет, а те, что приходят на ум, не имеют смысла без посторонней помощи. На смену отчаянию приходит злость: острая, жгучая, поедающая меня изнутри.

Связываюсь с водителем, и Илья охотно откликается, уверяя, что прибудет к назначенному времени. На сборы уходит много времени, потому что я лениво натягиваю на себя одежду, не желая выходить из дома, а тем более лицезреть девочек отца. Через полтора часа мнусь на пороге, ожидая привычную машину, и когда Илья въезжает на парковку, забираюсь на заднее сиденье.

‒ Привет! Как праздники прошли? ‒ Мужчина, как всегда улыбчив и в прекрасном настроении.

‒ Не очень.