Не ставшая жертвой

В этот момент собрались все остальные члены его немногочисленной уже банды. Они стали свидетелями безжалостного поступка своего предводителя и сделались еще намного угрюмее. Атаман, между тем, не придав никакого значения тому, что он сделал, всегда считая все свои действия самыми правильными, обратился к собравшимся:

— Итак, нас осталось четырнадцать. Тех двоих, что на базе, я не считаю, так как их уже можно считать убитыми.

— Почему? — единственный, изо всех присутствующих, посмел поинтересоваться Петрович.

— А потому, — злобно отвечал Виктор Павлович, утирая со лба выступивший от ярости крупными каплями пот, — что наши оказавшиеся такими живучими жертвы направляются, как ни странно, туда. Хотя о чем я сейчас говорю — это у «сучки» уже входит в привычку, и этот факт у меня уже не вызывает сомнений. Я пытался связаться со своими по рации, чтобы предупредить, но расстояние слишком большое, и связь не проходит. Так-что их можно считать уже трупами.

— А может они смогут…

Начал было говорить Петрович, но его тут же прервал грубым тоном Борисов:

— Можешь не сомневаться — не смогут.

И уже обращаясь ко всем остальным, непринужденно добавил:

— Все, прошу панихиду считать завершенной. Все выдвигаемся снова в дорогу, может еще успеем и наших спасти. Хотя, думаю, вряд ли. Поедем, как можно быстрее.

Бандиты, услышав «команду» своего «командира» вскочили на квадр-циклы, и растянувшись цепью, на максимально возможной скорости, выдвинулись к их лагерю.

Однако, как они не спешили, наши герои оказались возле стойбища раньше. Не доезжая до деревни двух сотен метров, они предусмотрительно встали.

— Дальше пойдем пешим шагом, — многозначительно поведал спецназовец, — сначала с ориентируемся на месте, а потом уже начнем действовать.

— Полностью с тобою согласна, — выразила таким образом свое мнение Вихрева.

Оставшиеся в деревне бандиты услышали шум приближающихся снега-болото-ходов, но внезапно они тарахтеть прекратили, остановившись в лесу. Двое молодых парней: они, в силу своего возраста, были непоседливы и нетерпеливы, решил непременно узнать, что стало тому причиной.

Первый — атлетического телосложения, девятнадцати лет — совсем еще юноша. Отсидев на «малолетке», по выходу, он попал под влияние нехорошей компании, где его заприметил один из доверенных лиц атамана Борисова и порекомендовал, как человека исполнительно-верного. Как и остальные члены «бригады», он выделялся физической силой, однако, был недостаточно умственно развит. Овальное лицо его, хоть и выглядело моложавым, но не отличалось какой-либо особенной привлекательностью.