Статус: все сложно

Следом приезжает Макс.

– Глеб?

– Не сейчас, Кир, – торможу лишь одним взглядом.

Останавливаюсь и оборачиваюсь. Кречетов вышел из машину и облокотился.

– Зачем ты это делал?

– Что именно?

– Помог. Зачем?

– Я ничего не сделал, – ни тени улыбки, ни ухмылки. Голые слова. – Просто немного тебя взбесил. Глеб, это только начало. Тебе предстоит еще долгий путь. Но ты сейчас сделал главное. – Он подходит ближе. – Ты. Ни в чем. Не виноват.

Киваю и отхожу в сторону. Красная малышка меня ждет и зазывно урчит. Сажусь и хлопаю дверью. Выезжаю на дорогу, что ведет в сторону Москвы. К Миле.

В горле противный ком, что стягивает и душит. Немного щиплет и хочется откашляться. И украдкой смахиваю непрошенную слезу, чтобы даже я не знал о ней.

Глава 40

Глеб.

Подъезжаю к ее подъезду, ищу свободное место. В этот час как назло все занято. Блокирую выезд какой-то невнятной тачки со слегка спущенными колесами и ставлю на аварийку свою машину.

Надо было купить цветы. Ругаю себя. И решаю пройтись. Это же типичный спальный район, каких сотни по Москве. Здесь только круглосуточные продуктовые, пивнушки, йога для мам и цветы.

Нахожу небольшой магазинчик, который еще работает в это время. Банальный выбор цветов. Верных названий не знаю, но внешне выглядят знакомо. Самые покупаемые, думаю. Выбираю большую охапку бордовых роз. Я ведь даже не знаю, какие она любит. А розы вроде как классика. Должно каждой нравится. Так меня продавец заверила. А я и повелся, дурак.

Первый мой в жизни букет. Вспоминаю, что даже матери на день рождения не дарил. Черт, надо бы исправиться.

Забираю цветы. Они перевязаны лентой. Тяжелый вышел букет.

Руки потряхивает. Это не от тяжести роз. Волнуюсь, как малолетний пацан, собирающийся на первое свидание с девчонкой.

Дороги пустые, только редкие пешеходы – парочки, что идут обнявшись. Им ни до кого нет дела.

Возвращаюсь к изначальной точке. Машина так и стоит на аварийке, у подъезда пусто, нет тех целующихся пар после долгожданной встречи и любопытной соседки в окне.

Пошел мелкий дождик. Немного освежает и дарит прохладу. А у меня в голове проскальзывает мысль – сцепление с дорогой уже другое.

Подхожу к двери. Торможу. Хочется сделать пару шагов назад. Попятиться. Как все рассказать? Все объяснить? А если не поймет? Внутри все натягивается от напряжения.

Набираю цифры на домофоне. Долгие трели. Мерзкие такие, что хочется их прервать. Ногой отбиваю ритм."

"– Ну же, балеринка, – ищу ее окна. Но, возможно, они с другой стороны дома.

– Кто? – она ответила. Голос тихий и глухой.

– Мила, – сердце останавливается, а душа на осколки. Рваные и острые.

Она молчит. Слышно только шумное дыхание. А я хочу сейчас оказаться рядом и обнять. Прижать к себе. Не отпускать больше никогда. Я ведь обещал.

– Мила, открой мне.