Статус: все сложно

Сейчас его лицо умиротворенное, спокойное, ресницы слегка подрагивают, и изредка уголки губ тянуться вверх.

– Эй, Навицкий!

– Что тебе, Апраксина?

– Просыпайся. Смотри, что у меня есть?

– Я от этого получу удовольствие?

– Еще какое! Ну, давай!

Глеб лениво приподнимается и смотрит на меня. Волосы взъерошены, и сам он похож на недовольного мальчишку, хулигана. Но вместе с тем от него веет уютом и теплом, что захотелось забраться с ногами на кровать, обнять и больше никогда не отпускать.

– Держи, – ставлю поднос на прикроватный столик и передаю ему маленькую чашку эспрессо.

– Я люблю капучино, – наглая улыбка.

– А будешь пить эспрессо, – возвращаю ему его же наглость только своей улыбкой.

Я присаживаюсь рядом с ним и наблюдаю, как он подносит чашку к губам, делает маленький глоток и слегка морщится.

– Горячий!

– Да, это же кофе. Его надо пить горячим.

Мы смотрим друг на друга. Улыбаемся. И каждый вспоминает эту ночь. Мы будто сорвались с цепи. Нас топила запредельная нежность, а потом мы падали в пропасть, где на дне плескались в диком экстазе.

– Я в душ, – не выношу его красноречивый взгляд и отхожу от него.

Как только прикрываю дверь, опираюсь на нее спиной и выдыхаю. Мне одновременно и легко с Глебом, и тяжело находиться поблизости. В мгновение можно потерять контроль и снова прыгнуть в его бездну. Она всегда с ним, и всегда манит и затягивает. Я готова подчиниться, но что будет потом? Что будет с нами?

Улыбаюсь и мотаю головой. Все слишком быстро и как-то неправильно. Сейчас это слово не вызывает отторжение. Оно в данном ключе уместно.

Включаю напор и подставляю свое тело и свое лицо теплым струям. Прибавляю холодной, чтобы сделать воду более прохладной. Воспоминания прошедшей ночи только больше распалили, а сидящий рядом Глеб нисколько не успокаивал. Смотрел все еще темными глазами на меня и провоцировал.

Несмотря на то, что в душе было прохладно, зеркало запотело. Провожу рукой и убираю конденсат. На поверхности остается след и отпечаток, в котором я вижу свое отражение. Оборачиваюсь в полотенце. Собираюсь уже выйти из ванны и замечаю, что в дверях стоит Глеб. Я даже не заметила, как открылась дверь. Как давно он тут стоит и почему не дал о себе знать?

Он подходит ко мне и встает со спины. Теперь я вижу наши отражения в зеркале. Там же встретились и взгляды.

– Тогда ты тоже так стояла, у зеркала?

Не понимаю, о чем он. Когда тогда?

– В своем дневнике?

О, Боже! Он это читал! Он это помнит!

– Ты запомнил каждое слово?

– Могу повторить, если не веришь. Рукой провожу вдоль шеи, там, где вчера касался он. Обжигает, мне кажется, я вижу эти следы. Только я и вижу. Опускаю руку ниже, пальцами прохожу по ключице, спускаюсь к груди, слегка сжимаю. Представляю, что это его руки. Теплая ладонь, даже горячая.