Старый, но крепкий

Мы с матерью обошли несколько рядов с продуктами, купили свежих овощей и фруктов. Но главной целью были вещи. Мать по привычке, или не желая тратиться, все время пыталась выбрать что-нибудь серое или тёмное, что-то простое и незаметное.

— Нет, мам, — остановил я её у одного из прилавков. — Лучше возьми яркое. Хватит уже этой серости.

Она посмотрела на меня с доброй улыбкой и пожала плечами.

— Мне всегда нравились простые платья, в которых нет ничего лишнего или вызывающего.

— Но разве наличие ярких цветов — это лишнее? — удивился я. — Давай, покажи, что тебе нравится, но не из дешёвого.

Мать огляделась и указала на один из нарядов в дальнем углу лавки. Платье из плотной ткани, с широким поясом. Без вычурных узоров, но хорошо сшитое. Пусть я и не разбирался в женской моде, мне показалось, что сшито оно со вкусом.

— Сколько? — обратился я к торговцу, указывая на платье. Тот выглядел сонным — сидел за небольшим столиком и медленно потягивал чай с блюдца.

— Серебряный, — лениво бросил он, окинув меня беглым взглядом.

— Беру.

Монета, эффектно слетевшая с моей ладони, стукнулась о столешницу в опасной близости от чашки с чаем.

Торговец среагировал мгновенно. Чуть не опрокинув чашку, молниеносно двинул рукой, ловко ухватив серебряный. А потом, осмотрев монету, дошел до угла и снял платье.

— Дорого, — качает головой мать. — Ой, дорого, Китт. Я же не знала, что оно целую серебрушку стоит, надо было дешевле взять что-нибудь или хотя бы поторговаться.

— Мам, ты шестнадцать лет заботилась обо мне, — мягко переиначил я слова «сидел на шее». — Дай мне отблагодарить тебя.

Тем временем торговец поднёс матери платье. Но обратно не сел — замер у стола, глядя на нас с приклеенной улыбочкой. Распробовал деньги.

Мама тщательно осмотрела платье, убедилась, что с ним всё отлично, затем посмотрела на меня и не смогла сдержать улыбку.

— Хорошо, мне нравится. Мы берем! — и обратилась ко мне. — Только не трать на меня слишком много, Китт.

Закупились. Набрали продуктов: кроме постоянных круп взяли копченого мяса, овощей и даже засахаренных фруктов. Столько всего закупили, что я даже опасаться стал за еду. Если и в этот раз к нам придут забирать съестное два гада, я их сам сожру.

Нагрузившись покупками, пошагали домой по узкой пыльной улице. Все тяжёлые покупки я нёс сам, почти не ощущая веса благодаря стремительно развившейся физической силе. Мама, как всегда, пыталась взять на себя больше, чем нужно, но я не позволил.

Когда дошли до дома, мать сразу же занялась разбором и раскладыванием всего купленного. Платье она заботливо повесила в своей комнате на самое видное место, на фоне остального не особо богатого гардероба.

— Уже не терпится его примерить, — радовалась она.