Старшина Империи. Часть вторая (СИ)

 — капитан криво ухмыльнулся. — Это он устроил те взрывы, из-за которых твой дед стал инвалидом, напал со спины. Но у него ничего не вышло, как видишь, и он все эти годы жил страдая от неразделённой любви и своей совести, которая жгла его нутро раскалённым прутом из-за того, что он совершил. — Авнер Световидович снова сверился с листком. — Тонкой душевной организации человек оказался, а тут ты, напоминание из прошлого, ещё и на дуэли ему кричал, что бабушка тебе всё рассказала, и ты предашь это огласке. Она же единственная, кто знал о его поступке, поняла ещё тогда, но пожалела дурака, промолчала. А после начались странности, то его офицеры поколотили, то на Тау Метам напали, и убить хотели. Он и не выдержал.

— Ээ, — я вспоминал нашу с ним дуэль, — я тогда Лиру имел в виду, что она мне всё написала.

— Но он же не знал об этом. — на усталом лице Гривасова улыбка выходила очень кривой и страшной. — Вот и боялся, что сможешь доказать.

— Но…, - я пытался сложить паззл в одно целое. — Получается, он знал, что у нас нет улик связанных с делами нынешними, но я мог связать его с очень давним преступлением, и что? Его нервы не выдержали? И это тот самый крутой киллер Юдиных? Допустим, он испугался, что за эту ниточку мы размотаем все его дела, узнаем о его связи с Юдиным, и тогда получится, что он подставил господина, потому и решил обрубить все концы? — в голове не укладывалось, как-то всё противоречиво. — А кто тогда писал Лире? Зачем? — Я посмотрел на капитана, и меня озарила дикая, безумная догадка. — Вы писали, взломали его инфопланшет, и назначили встречу, Вы хотите её обвинить в грехах отца, и закрыть дело! — и в этот момент открылась межкомнатная дверь, и моя любимая вошла к нам в комнату.

Мы вскочили на ноги одновременно.

— Не сметь! — зарычал я, мои руки засветились синим, я не думал, в голове стучала только одна мысль. — Не позволю!

Но я не успел ничего сделать, всё произошло очень быстро, в тот миг, когда моя сила только двинулась, что бы их разделить, Гривасов упал вниз.

— Госпожа. — прошептал он стоя на одном колене, склонив голову к груди.

* * *— И Гусева тоже Вы…? — слова мне с трудом давались. Мной владело ощущение какой-то детской, всепоглощающей обиды, будто меня обманули в чем-то фундаментальном, таком, что перевернуло всю мою жизнь. Как в детстве, когда я узнал, что деда Мороза не существует, а тем весёлым мужиком в шубе у ёлки, которому мы с сёстрами рассказывали стишки были: папа, Дед, или наёмный аниматор. Верить в это не хотелось, но жизнь преподнесла сюрприз, стала менее яркой и волшебной, и по опыту знаю, надо было скорее это принять, что бы было не так мучительно, но как же это трудно, особенно, когда причина в людях, которым ты доверял, за которых беспокоился.

— Я. — кивнул Авнер Световидович.