Старшина Империи. Часть первая

 — Дело не конкретно в тебе, это из-за полковника Могутова, теперь уже генерал-лейтенанта.

— Не понимаю, а причём здесь Гедеон Святогорович? — что-то я не вижу связи, меня то, за что не любить тогда?

— Всё сложно. — поморщился Ерастов, и стал объяснять на пальцах, начав совсем из далека. — Армия уже давно сильно политизирована, мы же служим империи, а не императору, вот и пытаются различные силы проникнуть в наши ряды, и навязать свои порядки. Нет, в целом на обороноспособности это не скажется, но армия — это миллиардные контракты на провизию, оборудование, материалы, одежду, медикаменты и так далее. И у нас это не совсем централизованно, каждый округ сам налаживает связи с местными производителями, и поставщиками, часто обходимся без тендеров, многие хотели бы погреть руки на этом, а для этого нужны свои люди в штабе, понимаешь? Да там много всяких нюансов, начиная пассивной защитой, заканчивая подбором лучших кадров в свои гвардии. А мы, крупнейшая академия в округе, спаянная с боевой частью, у нас потребностей разнообразных много, а бюджет очень лакомый.

— Пассивная, это когда маршруты охранных рейдов, учебных походов и экспедиций составляются в попутном для купечества направлении? — уточнил я, кивая в знак того, что остальное понял.

— Именно так. — хмыкнул Александр Ярославович. — Иногда такие схемы придумывают, что торговый караван просто по пути следования меняет конвои, один за другим, с одной стороны это не плохо, и мы сами официально так делаем, причём бесплатно. Если маршруты стандартные, а миссии не секретные, то к местным негоциантам с предложением о сопровождении обращаются представители флота. Другое дело, когда кто-то влияет на составление самих маршрутов, и, когда использует свои возможности, как козырь в своих делах, как рычаг давления на остальных, как….

— Я понял. — кивнул я. — Для личного обогащения и борьбы с конкурентами.

— В целом да, — подтвердил мои мысли Ерастов. — А потом идёт политика. Поддержка аристократии армией на уровне штаба очень весома для любого уровня переговоров.

— Я понимаю, о чем-то таком я читал в учебниках, и уже слышал. — на самом деле эта ситуация до сих пор вызывала у меня не понимание, как такое возможно? Почему император ничего не сделает. Хотя, ответ я знал, и он мне не нравился. Сама структура нашего общества и его законодательство позволяла это, ещё со времен реформ первого императора, и ничего тут не поделаешь. — Но при чём тут Могутов и я?

— А теперь проще объяснить будет. — наверное, со стороны мы странно смотрелись.