Старшина Империи. Часть первая

Эта уверенность и их вера придали мне сил.

Да кто ты такой!? Накручивал я сам себя. Морские пехотинцы не подчиняются никому, кроме своего командования! Морская пехота своих не бросает, и не сдаётся! Мы всегда на острие атаки! Мы элита! Мой Дед бы точно не стал пасовать перед этим щёголем! И уж точно не стал бы ничего рассказывать!

— Я жду, старшина. — франт надавил голосом без внутренней силы, но от этого было не легче.

Я обнаружил, что безмолвствую уже целую минуту, а моя психологическая гимнастика помогает не гореть, и не съеживаться под его взглядом. Но надо что-то отвечать, как-то не уважительно молчать, когда к тебе обращается неизвестный, но явно старший по званию офицер. А офицер ли?

— Ваше превосходительство, мёртвые не разговаривают. — на одном дыхании выдал я, убирая визор шлема.

Генерал-майор Воробьев не сдержал смешка от моих слов, некоторые офицеры подняли свои головы от мониторов, и с удивлением посмотрели на меня, как на невиданное чудо-юдо.

— Полковник, — сказал костюм, не отводя от меня взгляда, — Ваш подопечный решил поиграть в морского волчонка, Вы посредник, Вам и карты в руки, не хочется потакать юношескому максимализму, но подыграем, раз он не понимает сути происходящего.

А Воробьев не сдержанный! Снова смешок упустил. Конечно, легко хихикать над простым морским пехотинцем, когда его прилюдно и высокомерно унижают, а он ничего не может противопоставить в ответ.

— Старшина Туров…. — начал Могута.

— Оу, Туров! — не сдержался генерал-майор пехоты. — Это объясняет, почему ты сделал на него ставку, Гедеон Святогорович, но не находишь ли, что вверять судьбу своего повышения в руки этого кадета было опрометчивым? Нельзя было найти кого-то более смышленого?

Да что здесь происходит!? Не понимал я. Неужели это не просто учения…? Получается, я подвел полковника…?

— Позвольте представить Вам его превосходительство, действительного тайного советника Лощенова Виктора Петровича. — то ли мои мысли отразились на лице, то ли Могута решил выразить своё уважение к подчиненным, и показать планетарникам высокий уровень нашей культуры, но он, не обратив никакого внимания на Воробьева, полным достоинства голосом, начал прояснять сложившуюся ситуацию, указав рукой на франта. — Он возглавляет комиссию, контролирующую учения, и будет решать по их итогам, на достаточном ли уровне подготовки находятся морские пехотинцы нашей академии, его мнение так же имеет значение в вопросе, заслуживаю ли я звания генерал-лейтенанта, а также, начальника штаба условного противника, его превосходительство, генерал-лейтенанта планетарной пехоты Воробьева Евстахия Ефимовича, и остальных офицеров штаба.