Старшина Империи. Часть первая

Надо ли говорить, что тех, кто находится в какой-нибудь пятидесятой тысяче они за равных вообще не будут воспринимать? Лично я не совсем понимаю, как получилась такая ситуация и, что вообще двигает аристократами, но внутри их сословия постоянно идет конкурентная борьба. Хотя, как я прочитал на одном из форумов, встречаются и те, кто доволен своим положением, и просто наслаждается жизнью, а так же те, кто со всеми общается на равных. Эту информацию надо будет уточнить у друзей, не думаю, что дело обстоит только так, и, что конкуренция, и презрение являются неотъемлемыми спутниками дворян.

Для себя же значимость рейтинга я раскрыл, когда ознакомился с военной силой родов. Вот здесь всё было понятно, выше тот, у кого больше пушек. И если в конце рейтинга были дворяне, у которых в гвардии числилось отделение, или взвод, то чем ближе к началу, тем больше встречалось родов, у которых на службе состояли целые полки. В нетерпении, я прокрутил таблицу к первой сотне, и замер, пораженный увиденным. Первое место в списке самых влиятельных фамилий занимал род Графов Шереметьевых, и по данным рейтинга, у них на службе состояло десять корпусов личной гвардии. Обалдеть! Это же огромная сила, сопоставимая с армиями карликовых, независимых государств! Это более трех миллионов бойцов.

На втором месте шел княжеский род Лопухиных, они имели восемь корпусов личной гвардии. Это, это просто нечто! Каким же состоянием надо обладать, что бы содержать такое войско? Не знаю, насчет состояния, но семьи у первых и вторых должны быть гигантскими. Помню, Евгений Михайлович говорил, что на аристократа разрешен полк личной гвардии, а в одном корпусе шестьдесят четыре полка, получается, что у первых, что у вторых, людей в роду должно быть больше полутысячи. Я открыл соответствующий раздел, и убедился, что так оно и есть: шестьсот восемьдесят человек Шереметьевых, и пятьсот шестьдесят Лопухиных. Вот это семьи у них…, многодетные. Надо будет потом поинтересоваться, как так получается!

В общем, просмотр военного рейтинга первой сотни родов производил неизгладимое впечатление, у всех в наличии имелось по несколько корпусов личной гвардии. Нет, не по десять и восемь, как у первых двух дворянских родов, это вообще, единичные случаи, но от двух до шести было абсолютно у каждого, и это на фоне императорского дома, который располагал всего пятью гвардейскими корпусами. Теперь мне было понятно, почему о них с таким благоговением все говорили, ведь на лицо есть всё, что нужно, богатство, влияние, власть и сила.