Старшеклассник без клана. Апелляция кибер-аутсайдера 5 (СИ)

— Сегодня после рабочего дня получишь. С двадцати до двадцати трёх, на школьный акк. Но ты же понимаешь, что будешь должен?

— Без вопросов, если в разумных пределах.

— О неразумных никто не говорит: я пока не сошёл с ума, чтоб кому-то из Хамасаки руки выкручивать. Слушай, Седьков, попутно. А что ты с выступлениями по киберу думаешь делать? Я видел, ты даже объявление в первом лицее подвесил. Набираешь группу заниматься?

— Я это объявление утром снял по дороге сюда. Не играю я больше, даже на дисквалификацию подал, чтоб соблазна не было: аутсайдер я теперь, рейтинг вниз летит.

Завуч следующую секунду молчит, поскольку лезет в сеть проверять:

— Да. — Разочарованно выдаёт он. — Почему передумал? Я тебя как раз хотел сюда сманить оттуда.

— Времени не будет. Сами же видите — такие дела заворачиваются, что не до детских песочниц.

— Согласен, — признаёт Трофимов. — Для рейтинга уже неактуально, для денег — тоже, а для развлечений не время. Ладно... Так что ты там насчёт Гены говорил?

— Они хотят, чтобы я снял обвинение? Консул или кто там вам звонил?

— Да два раза. Если коротко, можно и так сказать. Парня крайне нежелательно привлекать к ответственности на территории федерации, ещё и с перспективой отбытия наказания. А что между вами произошло-то, в двух словах?

— Сижу, ем в Мексиканской Пицце. Один, после некоторых интересных приключений накануне.

— Я понимаю, о чём ты.

— Подсаживается этот Гена. Ни здравствуйте, ни до свидания — вынь и положь ему контакты Натальи Седьковой, которой к этому времени уже в живых нет.

— Хм. М-да. Ещё раз мои соболезнования.

— Спасибо. Ну я его и спросил, вернее, аккуратно поинтересовался: а в чём проблема-то? Он в ответ: надо наследство твоего отца делить, но ты ещё маленький и без больших дядь не справишься. Так что в твоих интересах, пацан, быстренько ответить на все мои вопросы. Ещё, спохватившись, возможную материальную помощь обозначил на скорую руку: типа, если вы там с матерью голодаете после смерти отца — скажи, на корку хлеба подбросим.

— М-да уж. Ребята просто не в курсе твоих перемен и попали под горячую руку... А чего ты это с таким выражением лица говоришь? Звучит вроде нормально, где-то даже по-человечески — вон, и помочь предложил. Более чем пристойно, особенно для тамошней государственной конторы. Поверь, уж я знаю, что говорю.

— Да ненормально оно звучало. Вернее, надо было ещё мимику его видеть. Вы, даже когда меня раньше бомжом открыто называли — и то смотрели как на равного и по-человечески.

— У меня это профессиональное, — веселится завуч. — У него тоже, но только в другую сторону, а-га-га. М-да, с тобой, конечно, прокол вышел. И не только у меня, а-га-га.