Неприятности в старшей школе

– И она сама, – у меня внутри все сжимается, когда он снова начинает говорить и что-то знакомое в его голосе звенит у меня в ушах, отдаваясь острой болью в позвоночнике, – узнала многое от них. И теперь понимает, – он умолкает, чтобы прокашляться, – как важно найти людей, которым можно доверять.

Я не могу сделать вдох, на языке горит пламя.

Черт побери, этого просто не может быть…

Он поворачивается ко мне и глядит, мать его, мне прямо в глаза, и меня перещелкивает.

– Она понимает… что семья – это не только общая кровь.

– Ты, мать твою, это серьезно? – как мне кажется, говорю я, хотя я не уверена, что вслух.

– Кэп… что это за хрень? – шепчет Ройс.

Мэддок делает движение, словно готовый броситься к ограждению, но стоящий рядом с ним офицер преграждает ему путь, хватаясь за пояс, на котором висит пистолет.

– Так вы живете в одном из общих домов мистера Брейшо, да или нет? – громко спрашивает судья.

Сузив глаза, я вглядываюсь в человека, который не сводит с меня взгляда даже для того, чтобы посмотреть на своих сыновей. Он даже не моргает, мать его.

Человек, в чьем доме я живу.

Человек, с чьим сыном я сплю и кто в свое время так же спал с моей матерью.

Человек, который дал мне мой чертов нож.

Я заставляю себя посмотреть на судью.

Мой голос звучит тихо, но уверенно:

– Да.

Я отдергиваю руку, когда Кэптен пытается дотронуться до меня – наверняка для того, чтобы прошептать что-то, что я не желаю слышать. Я расправляю плечи.

– Я живу в Брей-хаус.

Просто не в доме для девочек."

"– Мисс Карвер, вы бы хотели высказаться в защиту мистера Брейшо или против него? Возможно, с учетом того, что вы пережили дома, здесь вы чувствуете себя в безопасности? Это помогло бы нам принять решение.

Я чувствую на себе тяжелый взгляд здоровяка, но не могу заставить себя посмотреть на него.

Если я увижу требование в его глазах, то, возможно, сделаю противоположное.

Если я увижу сожаление, то, возможно, просто уйду не оглядываясь.

Если я увижу боль… то, возможно, просто разревусь, мать его.

Ничто из этого не будет сейчас правильным. В этот момент решение должно быть только мое.

Я могла бы солгать, сказав, что он хороший человек с добрым сердцем, не зная, правда ли это.

Я могла бы солгать, сказав, что я с ним не знакома. Что я вижу его впервые в жизни.

Я снова смотрю на него.

Его волосы слегка отливают сединой над ушами, но по большей части темно-каштановые. Почти черные. Кожа чуть более огрубевшая, чем я помню, глаза чуть более утомленные.

Я могла бы сказать правду.

Я все еще смотрю на него.

– Мне абсолютно все равно, какое вы примете решение. Запрете ли вы его обратно или освободите – для меня нет никакой разницы.