Секретарь старшего принца 6

Это он так по его требованию подальше ушёл, но ещё дальше уходить отказался без заверенного в министерстве иностранных дел предписания, а потом появилась хозяйка с извинениями, и Элор взял себя в лапы, позволил перепуганному до смерти клиенту — министру хозяйства — уползти вместе с девушкой.

А мне велел стоять рядом с ним.

И я стояла. Потому что мне надо было немного покоя, чтобы распределить по себе изменяющее запах зелье.

Потому что я не собиралась сейчас отходить от Элора, наоборот, я планировала очень настойчиво требовать себе возможность участия в операции против Неспящих.

Поэтому мне хотелось, чтобы хозяйка борделя закончила уже свои извинения, и мы смогли разойтись с Танарэсом, после чего я взяла бы Элора в оборот.

Элор, наверное, предчувствовал это и не спешил."

"Зачем с нами остался Танарэс, я так и не поняла. Не защищать же меня от Элора в случае продолжения драки. Хотя… может, и для этого. Не знаю, как у вампиров, а у нас в пробивании стен друг другом нет ничего странного. Немного некультурно, особенно для старших драконов, но в нашем с Элором возрасте простительно.

— Желаете ещё чего-нибудь? — обречённо спросила хозяйка. — Отужинать, десерт, посмотреть на танцы или иных развлечений?

— Я бы ещё посмотрел на танец девушек, — неожиданно произнёс Танарэс. — Если они не слишком напуганы моими дорогими друзьями.

— Нет, что вы, они в полном порядке и будут рады усладить вас, — поспешила уверить хозяйка и склонилась ещё ниже. — Есть иные пожелания?

— Нет, — отчеканил Элор, снова взял меня за запястье и повёл на улицу.

Напоследок я кивнула Танарэсу.

И не сопротивлялась: незачем злить Элора ещё больше перед тем, как я собралась просить.

А на улице всё так же весло шумели. Жизнь продолжалась, и яркий свет фонарей и окон заглушал блеск проступивших на небе звёзд.

— Ещё в бордель хочешь? — спросил Элор сердито.

Его пальцы были горячими, дышал он тяжело и пах раскалённым металлом намного больше, чем корицей.

— Нет.

— Голоден?

Перед нами расступались. Отступали панически, потому что на огненно-рыжих волосах Элора поблескивали, мерцали искры.

— Нет, — ответила я.

Элор оглянулся на меня, осмотрел с подозрением:

— Точно?

— Да.

— Хорошо, — столь же сердито согласился Элор, и нас объяло золотое пламя.

Оно фырчало, выдавая злость своего хозяина, но даже такое — ревущее и яростное — оно меня не обожгло.

Нас выбросило на каменное плато, и мы с Элором в темноте ухватились друг за друга, чтобы не упасть. Рядом, внизу, рокотало, рычало море, и морские птицы откликались на его голос пронзительными трелями. Весь воздух был пропитан солью и предчувствием грозы. Вдали тёмное небо прошило отблеском молнии, и следом пришёл гром.