Староста моей мечты или Я не буду тебя целовать!

Не, ну а кто его знает?

Он же вечно ворчит, что я в неприятности вляпываюсь и его за собой втягиваю. Вполне может решить, что мне не стоит знать лишнего. Как говорят: меньше знаешь - лучше спишь.  Угу, вот только в моем случае - пока я не узнаю, никто не уснет!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- От тебя разве что-то скроешь? - невесело усмехнулся мой парень. Да нет, просто мой. Блин, и откуда во мне вдруг такой приступ собственничества? - Лучше уж сам тебе расскажу, чем ты от любопытства в это влезешь. А то станется с тебя опять к этому твоему зеленому приятелю обратиться.

Мне хватило остатков совести чтобы смутиться и уныло кивнуть. Ладно, ладно, была у меня такая мысль. И когда только Хомяк успел меня ТАК хорошо изучить-то? Одна беда, гонщики - совсем иная, не творческая сфера. Жутко закрытая, со своим дресс-кодом и чужаков, лезущих не в свое дело, они любят так же, как я высшую математику - примерно никак. Хотя и тут при большом желании можно чем-нибудь разжиться.

Илья привел меня в небольшую, но уютную кофейню с мягкими диванчиками, на которых были разбросаны подушки. Подоконники тоже были обиты мягкой тканью с россыпью думок.

- Хочу туда! - уверенно потащила я Хомяка к окошку, не обращая внимания на понимающее фырканье с его стороны. Чтоб он понимал, чурбан неотесанный! В каждой девочке живет романтичная дурочка, это факт.

И эта самая дурочка во мне намекала, что на город уже опускается вечер, и именно за этим столиком открывается волшебный вид на расцветающие огнями улицы. И сразу становилось как-то уютненько так, романтично. Самое то для свидания и разговора о бандитах, угрожающих в подворотнях белым и пушистым девочкам.

Невольно прыснула от этой мысли, почесав нос. Да-а-а, Белоярцева, что с тобой любовь творит. Уже успела и крылья постирать, и нимб нацепить. Жаль, за ангелочка невинного не сойти, даже при всем моем желании.

Мой чудо-Хомяк, пока я отвлеклась на пейзаж за окном, отошел на пару минут и принес мне какао, потрясающий киш с грибами и какое-то пирожное. У меня от вида и запахов этой вкуснятины желудок сжался, настойчиво требуя попробовать все. Какое же это… Ням-ням!

Но Хованский все равно лучше.

- Я стесняюсь спросить, о чем это ты с таким мечтательно-пожирающим видом думаешь, - насмешливо заметил Илья, передвинув всю эту прелесть ко мне поближе и усевшись напротив.

- А ты не стесняйся, - щедро посоветовала я, мучительно выбирая что попробовать первым. - Может, я и отвечу.

- С трудом верится, - фыркнул Илья и сделал глоток кофе. Крепкий, обжигающий, восхитительный…

Блин, вот опять же, какая несправедливость.