Старая добрая война

Он успел вскочить в строй, как только старшина отдал команду:

— Рота! Стой! Напра-во! В столовую — шагом марш!

Рота толпой вваливалась в просторную столовую, еще пахнущую свежей краской.

Самоподготовку отменили. В училище должен был прибыть командующий военным округом, поэтому всех курсантов бросили на уборку территории. До ужина вылизали всю территорию. Впрочем, особых усилий не требовалось, она всегда находилась в должном порядке. Просто что-то подкрасили, где-то подбелили, подмели от опилок спортивные площадки.

Вернулся из караула первый взвод. Разоружившись и сдав в ружкомнату оружие, Шрамко тут же нашел Середина, который был назначен на полив клумб.

— Привет, давно не виделись, — улыбнулся Середин, бросив шланг и включив воду. — Как служба прошла?

— Нормально. Без происшествий. А вот ты, как сказали парни, все же залетел с «самоходом».

— Давай рассказывай, время есть. Да и обещал ты.

Друзья устроились на скамейке, и Середин подробно рассказал Шрамко о стычке в роще у коттеджа Ухватова, о благополучном возвращении в казарму, о подозрениях ротного и, наконец, о визите к начальнику училища и беседе с ним.

— Это что получается, Рома, генерал лично отмазал тебя? — удивился Шрамко.

— Получается так, но это строго между нами.

— А я-то думал, чего это полковник Бородин, заявившись в караулку перед инструктажем нового караула, решил поговорить со мной.

— Да общие вопросы задавал. Но обмолвился, пост, мол, идеальное место для самовольщиков, если курсанты договорятся между собой, и спросил, не так ли, курсант Шрамко? Ну, я, конечно, ответил — только идиот пойдет через пост, один уже сходил. Он как-то странно посмотрел на меня и дрюкнул взводного, как пацана прогнал по Уставу караульной службы. Но Чуб службу знает. Ответил, как прочитал. Полковник ушел. Он, наверное, от генерала получил за то, что пропустил тебя. Ну, теперь, Рома, жди, обозлится Бородин. На тактике и отыграется.

— Плевать! — бросил Середин.

— Рома, по-моему, ты что-то недоговариваешь.

— Да нет, хотя в обед Алина приезжала.

— Зачем, можешь сказать, или это тайна?

— Та-ак! Понятно, — выслушав друга, протянул Шрамко.

— То, что в субботу вместо приятного отдыха будем ловить козла Эдика.

— Ну все ты просекаешь с полуслова, — улыбнулся Роман.

— Чего тут просекать? Тебе не дает покоя мысль, что этот Эдик будет частенько наведываться в загородный дом Ухватова, и ты решил снять проблему. Я не прав?

— А отпустят теперь нас в увольнение?

— Вот это, конечно, вопрос. Но если генерал приказал мне молчать о самоволке, то и ротного с комбатом предупредит, так что оснований лишать увольнения у ротного не будет.

— Ага! А как же проход через пост во время моей смены?

— Об этом я даже генералу не сказал.