Стану тебе женой (СИ)

Напротив!

Чёрные глазища пылают таким диким огнём, что мне становится страшно за отцовских телохранителей.

Качаю головой, смотря на плотно поджатые губы Радмира.

– Пожалуйста, не нужно, – говорю шёпотом.

– Так на чём мы остановились? – продолжает Сергей, делая вид, что за его спиной сейчас не разворачивается настоящий экшен.

– Я так не могу, прости, – вскочив из-за стола, двигаюсь вперёд, но отец ловит меня за запястье, приказывая остановиться.

– Наташа, сядь, – приказной тон Сергея выводит Рада из равновесия, и я уже вижу его правую руку, отведённую назад и сжатую в кулаке, как один из телохранителей берёт весь удар на себя, прикрывая отца.

– Руки от неё убрал! – строго чеканит Рад и я ускоряю шаг, чтобы этот огромный “шкаф” в чёрном костюме не успел причинить вреда мужу.

– Отпусти его, – толкнув телохранителя в плечо, оборачиваюсь в сторону отца, – скажи своему псу, чтобы отпустил!

Сергей не спешит с ответом. Ухмыльнувшись, тянется к фужеру с игристым напитком, опустошает его залпом и только потом делает ленивый взмах рукой.

Телохранители, как по щелчку пальцев, расходятся в разные стороны, уступая мне дорогу. А я иду навстречу Радмиру на ватных ногах и дышу тяжело, готовая наброситься на него с кулаками за эту дурацкую выходку. Но когда подхожу ближе и вижу разбитую губу, из которой сочится свежая кровь, моё сердце болезненно сжимается в груди.

– Идём со мной, – даже не смотрю в чёрные глаза, а просто двигаюсь вперёд, зная, что Сташевский точно пойдёт следом.

И как только выходим из зала ресторана, Радмир хватает меня за руку и впечатывает в своё тело с такой силой, что я едва не падаю, теряя равновесие.

Кольцо на моей талии сжимается до ощутимой боли, но я, стиснув зубы, терплю.

– Я убью его, Наташа, и это будет на твоей совести, – шепчет мне на ухо, а у меня волоски на теле становятся дыбом, но не от страха.

– Успокойся. Идём в уборную, нужно остановить кровь. У тебя губа разбитая.

– Да насрать мне на губу. Ты не слышишь меня, нет?

Сделав резкий манёвр, вырываюсь из стальной хватки и оказываюсь повёрнутой к Радмиру лицом.

Скрещиваю на груди руки, отступаю на один шаг и смотрю на бывшего выжидающим взглядом.

– Пока ты не накосячил, давай сделаем так, как предлагаю я."

"Я и сама не понимаю, откуда берётся эта смелость. Но моя внезапно возникшая решительность идёт только на пользу. Я не буду с ним говорить, когда нас может услышать любой желающий, да и пусть сначала успокоится и не рычит на меня, как питбуль без намордника!

Уборную нахожу сразу. Распахиваю настежь дверь и, не оборачиваясь, шагаю прямо к умывальнику. Включаю в кране холодную воду. Жду.

– Ну, я слушаю, – упёршись бёдрами в стену, вымощенную чёрным мрамором, Рад скашивает взгляд в мою сторону.

– Не “нукай”. Не запряг!

Он смеётся в ответ.