Стану ему женой. Ребенок от монстра

Надо все обдумать, продолжим завтра…

— Нет, — жестко отрезал Глодов. — Продолжим сейчас. Узнай, где Богданов, и пусти его в расход!

Говорит даже слишком жестко. Эмоционально. Дыхание за спиной стало свистящим — Исаев понял, к чему идет.

Андрей устало затянулся. Руслан смотрел на него, как пес, готовый броситься при первом неосторожном движении. Ни хрена ему не верят.

Спокойно.

Паниковать нельзя. Нужно их убедить, и заняться девочками.

— Его нельзя убивать. Игорь, он нужен. Скажи Руслану, чтобы…

— Я тебе плачу!

Андрей осекся — горло перехватило, столько у Глодова власти в голосе. Словно он что-то вроде овчарки, которой отдают приказ. Ее кормят, она в благодарность рвет зубами за хозяина.

Теперь хозяин недоволен.

Только ведь он не овчарка."

"— Ты хотел, чтобы я нашел стрелка, и узнал, кто тебя заказал. Так? Моя работа закончена. Как минимум сегодня. Сейчас я хочу побыть с семьей, Игорь. Хочу выспаться.

— Руслан его допросит, пока будешь спать. К утру я хочу знать все. Пусть пытает, хоть на ремни его режет!

Эта внезапная прыть, бешенство — может и прав был Исаев. Глодов практически у цели: найдет братца Максима, завалит Богданова и свалит в теплые края с новой личностью, деньгами, и уверенностью, что старые враги не выйдут на него вновь. Будет греть брюхо на песке какого-нибудь райского острова.

Козел.

Ну что ж, спорить нет смысла. Это будет даже странно.

Ему нужно в больницу, а не здесь разбираться. Придется парню помучиться — а он как хотел? Сочувствия, несмотря на отчаянное дыхание за спиной, он не испытывал. Сам полез, куда не надо. Сразу было ясно — к криминалу он отношения не имел. Вот и продолжал бы так дальше.

— Не покалечь сильно, — невнятно сказал он Руслану, вернув телефон. — Утром приеду, он нужен живым и способным отвечать на мои вопросы. Обыщите местность, он мог прийти не один. Найдите тачку, на которой приехал.

Руслан ответил колким взглядом — без тебя разберемся.

Оставаться не было смысла. Не оборачиваясь, Андрей начал подниматься по лестнице, гремящей на каждом шагу. После подвала сухой пыльный воздух старого цеха показался свежим. Он выдохнул — оглянулся: людей Глодова не было.

Пульс колотился в горле, как молоточек. Он едва держал себя в руках от паники, каждый раз представляя страшную картину, как полуторагодовалую девочку берут в заложники. В подвале он держался, но сейчас горло схватило так сильно, что он не то что говорить, дышать едва мог.

По пути к машине набрал номер, надеясь, что Лена ответит.

Гудки. Чертовы гудки. А если ее перевезли? Если она уже в заложниках? Старые кошмары оживали в голове один за другим. Плюнув на все, он позвонил на ресепшен больницы. Пусть думают что хотят.