Ты снова станешь моей

Но мне все же хочется услышать ее полную версию.

- Мой…какой? – выгибаю брови. - Договаривай уже, раз начала.

Молчит.

- Тупой? – предлагаю варианты, - Недалекий? Ну, смелее. С каких пор ты церемонишься в выражениях?

- Больной и извращенный, - зло выпаливает Ви, чем вызывает у меня приступ невеселого смеха.

…

- Да, именно так хотел мой извращенный больной мозг, детка, - бормочу я часом позже, когда она стоит передо мной на коленях и старательно отсасывает мне.

Может и не старательно, ведь я сам насаживаю ее рот на свой стояк, обхватив ее голову ладонями и двигая ею в подходящем для меня ритме.

Ее глаза закрыты, но рот широко распахнут, и я без стеснения ебу ее в него.

Мне по кайфу было ломать ее и наблюдать, как она, сцепив зубы, опускается передо мной прямо на деревянные панели, и мне кайфово сейчас, но отчего-то я не спешу кончать. Хочу, чтобы удовольствие стало еще ярче.

Я ссаживаю ее рот с члена и рывком дергаю ее податливое тело наверх. Ставлю ее на ноги и стискиваю в кольце своих рук.

Ви слабо охает и распахивает глаза.

- В следующий раз напою тебя, чтобы не халтурила и лучше сосала, - говорю я, залипая на ее губах.

- Мне нельзя алкоголь, Демьян. А сосать, ну…знаешь, когда без удовольствия…

- Целуй меня, - требую я, перебивая, и сам приближаю губы к ее губам.

- По приказу? Тебе снова не понравится, и ты…

Да, блядь.

Не удерживаюсь и сам врываюсь в ее рот языком. И не скажу, что очень церемонюсь с ней, скорее яростно и неистово беру и подчиняю. После моего поцелуя губы Ви слегка припухают и горят, на нижней отчетливо виднеется капелька крови, потому что я слишком сильно ее прикусил. Тут же слизываю эту каплю, а потом…

Мне, блядь, все равно мало, хочется чего-то такого…

Я притискиваю ее к стене, целую в шею и начинаю медленный спуск по ней, пока не дохожу до бедер и не утыкаюсь носом в ее промежность.

- Демьян, прекрати, - ахает Ви.

Запускает свои нежные пальчики мне в волосы и сильно дергает, пытаясь поднять меня наверх."

"Это ее первые живые эмоции за последние полчаса, и именно то, чего мне от нее так мучительно недоставало.

Впечатываюсь между ее ножек сильнее и чувствую, как затрудняется, а потом учащается от этого ее дыхание.

Поднимаю на нее лицо и убедившись, что она взволнованно смотрит на меня, начинаю расстегивать и стягивать с нее джинсы.

- Блядь, надо тебе приказать, чтобы по дому ходила исключительно в юбках или платьях.

- Демьян, остановись.

Но я уже стянул ее шмотки к щиколоткам и теперь веду носом по ее зажатой бедрами киске.

- Демьян!

Целовать так, конечно, не вариант, а потому я поднимаюсь, обхватываю Занозу за талию, приподнимаю над полом, проношу несколько метров, а потом заваливаю ее на диван.

Ее ноги все еще скованны джинсами и трусиками, болтающимися в районе щиколоток, но мне так даже нравится.