Станешь моей сегодня!

- Когда женщина просит остановиться, а мужчина её просьбу игнорирует – это и есть изнасилование, чтоб ты знала.

Ольга – единственная, кто в курсе моей тайной влюблённости в шефа. Остальным об этом лучше не знать."

"Домываюсь, наматываю на голову полотенце и выхожу. Девочки стоят полукругом в коридоре, поджидая меня.

Иду мимо них на кухню, ставлю чайник на плиту. Достаю батон и сыр из холодильника.

- Сонь, и что теперь? Он тебя уволит, за то что ты его так?

- Он меня уволит, потому что считает проституткой. Я думала, он просто издевается. А когда спустилась, на кухонном столе лежал конверт с моим именем. В нём была приличная сумма.

- И во сколько он тебя оценил?

- Не знаю, не стала считать.

- Эх, Соня... Немного до диплома не дотянула. Теперь новую работу искать...

Лёля наливает кипятка в четыре кружки. В каждую опускает чайный пакетик.

- Но и это еще не всё. Он называл меня аферисткой и говорил о какой-то подставе.

- Миллер, если злопамятный, может и по статье уволить?

- Запросто, – подтверждаю. – Зачем ему под боком держать напоминание о такой ночке? Которое, к тому же, может всем остальным сотрудникам растрепать, как Великий и Ужасный проводит свой досуг.

Рассаживаемся за овальным столом.

Нужно быстренько уволиться самой. Понятно, что две недели заставят отрабатывать. Но я за это время смогу что-то себе подыскать. Главное - не попасться ему на глаза.

- Две недели? По статье обычно увольняют одним днём, - вздыхает Наташка.

- Марк еще не знает, что я работаю в МиллерВайс. Я наврала ему, что мой шеф – Завойчинский. Если захочет найти меня, чтобы заткнуть мне рот, пойдёт туда сперва. Может, решит, что я во всём врала, и не станет дальше искать?

- Угораздило ж тебя! Нажить такого врага, как Марк Миллер! – ругается Ирка.

- Ладно, Сонечка, – перебивает её Лёлик. - С глаз долой - из сердца вон. Уволишься и забудешь его. Нехорошо, конечно, вышло...

Забуду, как же...

Может, если не вмазала бы я ему кулаком и не сыпанула перца, у нас могло бы что-то получиться?

Вот же характер! Чуть какая угроза, сразу иду в атаку!

Папа мечтает породниться с кем-нибудь из своих друзей-военных, выдав меня замуж за приличного, в его понимании, мужчину – офицера. Думает, что только такому будет под силу обуздать мой буйный нрав.

В девятнадцать. после очередных смотрин, я взбрыкнула и съехала из отчего дома сперва в общагу. Потом, начав зарабатывать, в съёмную квартиру.

Но поползновения родителя на мою свободу с этим не прекратились.

- Детка, ты и месяца на работе не продержишься! Нагрубишь кому-нибудь, и прости-прощай. Никто твой характерец терпеть не станет. Это тебе не военный городок, где папа – начальник.

Но я всё это время умудрялась держать свой гонор глубоко-глубоко внутри. Быть надёжным, исполнительным работником. Тише воды, ниже травы.