Станешь моей победой

А когда я наклоняюсь, прижимаясь к спине Ани телом, и кусаю ее за шею, принцесса вскрикивает так страстно, что у меня тут же яйца поджимаются.

С каждым толчком меня вышвыривает в параллельную реальность. Сейчас, когда принцесса больше не испытывает дискомфорта после нашего моего первого раза, я могу трахать ее, не сдерживаясь. И она, кажется, не против. Сильнее зад оттопыривает, подмахивая мне. Но стоит только ускориться, вбиваться жестче, как Аня тут же кончает, а следом за ней улетаю и я.

И так еще несколько раз…

— Как думаешь, они спасутся? — взволнованно спрашивает Аня, когда видит в фильме кадр, где девушка с раненым мужиком убегают от убийцы.

Но ответить на вопрос у меня не получается, потому что я особо не вникал в содержание, а вместо этого наслаждался обществом моей принцессы. Обнимал ее, целовал, пытался снова развести на секс, но Аня тут же пресекала эту затею.

— Ну, мужик может и скопытится. Смотри, как кровяка шпарит. Скоро загнется, — несу какую-то дичь, пока не замечаю, как Аня меняется в лице, словно все это происходит не в кино, а разворачивается прямо перед ее глазами. — Да успокойся, сладкая! — наматывая локон на палец, целую недотрогу в шею и собираю губами ее мурашки. Клянусь, еще немного и она сдастся, а потом мы перейдем в горизонтальное положение. — Кстати, ты знаешь, что в мире есть одно лекарство, которое лечит от всех болезней? — шепчу ей на ухо и забираюсь рукой под футболку, тут же сжимая аккуратную, упругую грудь, которая идеально ложится в ладонь.

Я точно на ней помешался, если ничего вокруг не вижу и не слышу. Похоть буквально слепит меня. Но это же нормально, когда двух людей тянет друг к другу. И это не тупой секс, а полная синхронизация.

— Вчера к нам приходил Плутос, — прилетает мне точным ударом лоб информация от Тихони, и я даже не сразу догоняю, что она имеет в виду.

Поднимая на нее глаза, убираю руку из-под футболки и отодвигаюсь на другой край дивана.

На какое-то время ловлю тишину, чтобы переварить услышанное. Таращусь на Аню, не моргая и, сука, жду, что она выдаст это за тупой розыгрыш. Но, черт возьми, по глазам вижу, что это никакой не прикол.

— Ты, блядь, шутишь? — рычу, сцепив зубы, как только эта информация добирается до мозга и разносит мне чердак. — Почему я только сейчас об этом узнаю?

Замечая, как меня начинает потряхивать, Аня подрывается с дивана и отходит на метр. Я двигаю за ней следом, вот только Тихая тут же пятится назад. Мышка чувствует опасность. И правильно, потому что сейчас злость начинает набирать такие сумасшедшие обороты, что хочется все ломать, крушить и взрывать, оставляя за собой лишь пыль и пепел. Словно меня облили керосином и поднесли спичку.