Стандарты совместимости

Так все дело в сиськах?! Я буквально закипела от праведного негодования, а Майкл рассмеялся, так заразительно и по-мальчишески.

– Кэрри, если ты все еще сомневаешься в рациональности нашей взаимной симпатии…

Нашей?! Да вы, доктор, и за меня всё решили! Хотя ладно – смысл отрицать очевидное.

– Предлагаю пройти тест на совместимость, – загадочно закончил Майкл.

– Что? – не понимая, о чем он, переспросила я, но Майкл не ответил, а, не давая мне возможности отступить, прижал к себе еще крепче и поцеловал, чувственно и жадно. И я ответила, обмякнув в его объятиях, напрочь забывая, где нахожусь, а еще – как дышать. Через вату, в которую превратились мои мысли, я услышала, как бурно зашумели мужчины, подбадривая Майкла, а потом раздались аплодисменты.

– Ты сумасшедший, – судорожно делая вдох, прошептала я.

– Врачи бывают и такими. – Он поцеловал меня в плечо и прошептал: – Кэрри…

– Мы не можем сейчас уйти, – быстро ответила я. На нас и так смотрели со снисходительным пониманием: друг жениха и подруга невесты – традиция.

– После того, как разрежут торт.

– Что будет после торта?

– Потом ты станешь моей.

Прямолинейность Майкла обескураживала, но я поймала себя на мысли, что мне нравится. Нравится, когда мужчина знает, чего хочет и не скрывает этого от женщины. Мы, не размыкая объятий, станцевали три танца, некоторые из них были весьма энергичными, а теперь меня волновал только один вопрос: когда разрежут торт…

Вопреки ожиданиям, я не споткнулась о коробки, оказавшись в темном коридоре квартиры Майкла: страсть дурманит голову не хуже алкоголя и, наверное, здесь действовал тот же закон – закон автопилота. Я ни о чем не думала, не пыталась анализировать, к чему может привести или же нет эта ночь. Я просто хотела быть с этим мужчиной сегодня. А перерастёт ли наше обоюдное желание оказаться в одной постели в нечто большее – абсолютно неважно.

Майкл прижался ко мне сзади, крепко обхватив грудь, зарываясь носом в волосы. Я чувствовала его тяжелое частое дыхание на своей коже, в ответ покрываясь дрожью предвкушения. Он рванул замок платья, быстро стягивая его с моих бедер, потом одним движением расстегнул бюстье и, отбросив его в сторону, резко развернул меня к себе. Его жадный взгляд скользил по моему телу, особенно задерживаясь на полной груди и тонком кружеве трусиков – моей единственной оставшейся одежде. Майкл хотел меня. Хотел меня! Именно желание, безумное желание отражалось в его поразительных глазах, когда они поднимались к моему лицу.